Объявление об окончательной схеме слияния "Газпрома" и "Роснефти", с которым руководство выступило в среду, оказалось преждевременным. Совместное заявление руководителей "Газпрома" и "Роснефти" по поводу окончательной схемы слияния двух компаний в среду практически не комментировалось никем из официальных лиц. Именно поэтому и фондовый рынок, и инвесторы восприняли заявление Алексея Миллера и президента "Роснефти" Сергея Богданчикова как победу "Газпрома". По данным "Коммерсанта", принципиально схема слияния "Газпрома" и "Роснефти" была утверждена на встрече Миллера, Богданчикова и президента России Владимира Путина вечером 1 марта – именно после этого 2 марта руководители компании и появились в эфире НТВ. Однако, как выяснилось, под схемой слияния "Газпром" и "Роснефть" подразумевают совсем разные вещи. В четверг в середине дня пресс-центр "Роснефти" выступил с новым заявлением по поводу слияния, в котором изложил свою версию "окончательной схемы". Выглядит она так. 10,7% акций "Газпрома" будут обменяны не на 100% акций "Роснефти", а на "часть ее активов". При этом "Роснефть" сохранит юридическое лицо, а кроме того, "полный контроль над деятельностью активов, которые будут переданы в организационную структуру 'Газпрома'". Сами активы требуют, вопреки сказанному Алексеем Миллером, дополнительной оценки. А вот управлять этими активами единолично "Газпрому" вряд ли кто-то позволит – в противном случае под угрозой окажутся обязательства "Роснефти" и выплата ее долгов. Они, по данным "Роснефти", близки к $20 миллиардов. И наконец, в сообщении указывалось, что Сергей Богданчиков не собирается возглавлять "Юганск", а данные о том, что компания превратится в самостоятельную госкомпанию, не более чем личное мнение Алексея Миллера. К тому же, подчеркивалось в сообщении, все детали сделки "Газпрома" и "Роснефти" еще будут дорабатываться. В "Газпроме" не стали комментировать сообщение "Роснефти". Пресс-секретарь главы "Газпрома" Сергей Куприянов заявил, что схема слияния, о которой говорил Алексей Миллер, "получила принципиальное одобрение". В пресс-службе "Роснефти", в свою очередь, настаивали, что принципиальное одобрение получила другая схема, предусматривающая раздельное управление "Газпромом" и "Роснефтью". Ко второй половине дня заявлений чиновников, утверждающих, что Алексей Миллер не прав и никакого окончательного решения проблемы "Газпрома" и "Роснефти" нет, значительно прибавилось. Так, по заявлению главы Минпромэнерго Виктора Христенко, "никто не может назвать точной даты, когда произойдет сделка". Глава Росимущества Валерий Назаров высказал мнение о том, что никакой схемы слияния "Газпрома" и "Роснефти" пока и быть не может, а схема отделения "Юганска" от "Роснефти" вообще не обсуждалась. Замглавы МЭРТа Андрей Шаронов заявил, что в правительстве нет официальной точки зрения по поводу сделки. А чуть позже глава МЭРТа Герман Греф сообщил, что детали сделки будут обсуждаться правительством "в течение недели". Однако вечером ситуация неожиданно изменилась. Источники, близкие к администрации президента, в течение всего дня не комментировавшие происходящее в компании, сообщили, что ближе к ночи ожидается некое сообщение из Кремля, которое "расставит все точки над i". По всей видимости, о том, что в Кремле готовится некое разъяснение по сложившейся ситуации, несколько отличающееся от позиции "Роснефти", стало известно и в правительстве. К вечеру тон обсуждения схемы слияния стал осторожнее. Герман Греф, например, подтвердил, что "Юганск" по решению правительства все-таки отделят от "Роснефти". Позднее информагентства со ссылкой на источник, "близкий к совету директоров 'Роснефти'", выпустили сообщение, согласно которому заявление "Роснефти" о схеме слияния следует считать "технической ошибкой", а Сергей Богданчиков, находящийся в отпуске, его не санкционировал. По данным "Коммерсанта", в действительности эта информация была распространена сотрудниками администрации президента по распоряжению главы администрации президента Дмитрия Медведева.
Как отмечают "Ведомости", будучи оторванным от "Роснефти", "Юганск" оказывается в сложном положении, поскольку уже пообещал продать ей почти всю свою нефть. На внеочередном собрании 25 февраля акционеры компании проголосовали за продажу "Роснефти" до 55 миллионов тонн нефти, за $5,5 миллиардов по цене $13,6 за баррель. При том, что продажа этой нефти даже на внутреннем рынке принесла бы компании $8 миллиардов, а продав нефть "Юганска" на экспорт, можно было получить более $16 миллиардов.
