Скромный юноша Вячеслав Толстопятов не знал, куда применить свой талант. Он мог с потрясающей точностью скопировать любую иллюстрацию из книги – и проводил за этим занятием часы, проявляя незаурядную усидчивость. Как-то раз во время очередного художественного сеанса (Славик как раз воспроизводил причудливые завитки, изображенные на сторублевой купюре), его и посетила мысль: а почему бы не попытаться на этом заработать?
Вячеслав стал расплачиваться купюрами собственного производства с таксистами. Складывал "денежку" вчетверо (до реформы 1961 года банкноты были большого размера) – и получал с сотки сдачу настоящими деньгами. Иногда такую же операцию проворачивал в винном магазине. Только купленную бутылку художник выбрасывал в ближайшие кусты – он принципиально не пил, ни капли.
Так продолжалось до тех пор, пока один из таксистов не развернул зачем-то протянутую ему сторублевку. Толстопятов к тому времени настолько уверовал в свою безнаказанность, что стал разрисовывать бумагу только с одной стороны. За что и поплатился: таксист доставил творческую личность в ближайшее отделение милиции.
"Вячеслав признался во всем сразу. На следственном эксперименте, используя цветные карандаши, акварельные краски, клей БФ-2, циркуль, линейку и лезвие, Вячеслав за четыре часа нарисовал абсолютно точную копию 100-рублевой купюры. Мы все ахнули", – рассказывал позже следователь по первому делу Тостопятова Грановский.
"Даже в милиции, даже находясь под следствием, Вячеслав завоевал всеобщую симпатию своей вежливостью, скромностью, начитанностью. Беседовать с ним было одно удовольствие. Я ходатайствовал в суде о смягчении наказания – учитывая юный возраст, полное раскаяние, содействие, оказанное следствию", – отмечал юрист.
Однако юное дарование надежд следователя не оправдало. За четыре года в колонии Вячеслав распланировал свою жизнь, поставив цель: награбить миллион – и завязать с криминалом. Выйдя на свободу зимой 1964 года, он поделился грандиозными планами со старшим братом Владимиром, который его полностью поддержал.
22 октября 1968 года в магазин "Гастроном" в Первомайском районе Ростова-на-Дону ворвались трое мужчин. У двоих на голове были черные капроновые чулки черного цвета. У тертьего чулок был зеленого цвета. Один из "советских гангстеров" встал в дверях с самодельным автоматом в руках. Другой, вооруженный пистолетом, бросился к кассам. Забрав небольшую выручку, бандиты выбежали из магазина.
Преступников пытался остановить ветеран Великой Отечественной Гурий Чумаков. Человек в зеленом чулке расстрелял его в упор из автомата. Налет на гастроном стал первым серьезным делом для группы, вошедшей в историю российской преступности как "банда фантомасов", или "банда братьев Толстопятовых".
Уникальность "дела фантомасов" в том, что вооружена банда была самодельными автоматами и пистолетами. На разработку чертежей оружия под малокалиберный спортивный патрон (5,6 мм) и на его изготовление у Толстопятовых ушло около четырех лет. Боеприпасы добыл Вячеслав, на некоторое время устроившийся заведующим тиром ДОСААФ. Заготовки делались в подпольной мастерской. Сложные детали, требующие высоких допусков, Толстопятовы заказывали знакомым фрезеровщикам и токарям завода "Легмаш" – под видом запчастей к бытовой технике. Всего к осени 1968 года было изготовлено четыре семизарядных револьвера, три складных пистолета-пулемета, несколько ручных гранат и импровизированных бронежилетов. А в 1972 году арсенал банды пополнился самым известным "ноу-хау" братьев – гладкоствольным автоматом под 9-миллиметровые стальные шарики, которому они присвоили наименование "саксофон".
Как заключили позже специалисты ВНИИ судебных экспертиз, "ни один из известных образцов ручного огнестрельного оружия не явился моделью, по которой изготавливались пистолеты-пулеметы… Это оружие при выстрелах с малых дистанций обладает избыточной убойной силой… Кинетическая энергия созданного Вячеславом Толстопятовым гладкоствольного автомата превышает кинетическую энергию пули обычного оружия в 4,5 раза". Эксперты отметили также, что это оружие не имело прицельных приспособлений – что делало его бесполезным для чего угодно, кроме одного – выстрела в упор.
Ближайшими подельниками братьев Толстопятовых стали Сергей Самосюк и Владимир Горшков. Самосюка Вячеслав знал еще по "зоне". Освободившись чуть позже Толстопятова, Сергей сразу же изъявил желание присоединиться к банде. Вячеслав случайно встретил Самосюка у винной бочки. Пьяный "кореш" тогда произнес пророческую фразу: "Лучше умереть на мешке с деньгами, чем у винной бочки".
Владимир Горшков был другом детства и соседом братьев Толстопятовых. Он – также, впрочем, как и Сергей - не отличался ни большими способностями, ни смелостью. Горшков предоставил часть своего дома для организации там подпольной мастерской, в которой Владимир и Вячеслав конструировали самодельное оружие.
После нападения на гастроном по Ростову-на-Дону поползли слухи о "банде фантомасов". Осенью и зимой 1968 года банда совершила еще два удавшихся налета – на магазин № 21 Горпромторга и кассира автомобильного хозяйства. В августе 1971 года "фантомасы" напали на кассира УНР-112 и сопровождавших ее безоружных инженера и водителя. Хватило одного выстрела в воздух – и у них в руках оказалась сумка с 17 000 рублей (средняя зарплата в то время не превышала 200 рублей в месяц).
Такая же сумма – 17 000 рублей – досталась бандитам в результате налета на инкассаторов возле сберкассы №0299 16 декабря 1971 года. В перестрелке был дважды ранен Горшков, которого Вячеслав Толстопятов уже прозвал "пулеуловителем". Толстопятов-старший наблюдал за налетом издалека - для последующего разбора и корректировки дальнейших планов.
Последним делом "фантомасов" стало нападение на кассира проектного института "Южгипроводхоз" 7 июня 1973 года. Исполнителями были Самосюк и Горшков, Толстопятов-младший должен был прикрывать отход подельников у здания института и обеспечить захват автомобиля для ухода. Невдалеке от здания за происходящим по обыкновению наблюдал старший брат – Владимир.
Исполнители со своей задачей справились. Однако безоружные сотрудники института неожиданно стали преследовать налетчиков. Самасюк для отстрастки решил выстрелить в них, однако револьвер дал осечку. На улице к преследователям присоединился проходивший мимо 27-летний грузчик соседнего "Гастронома" Владимир Мартовицкий, схвативший Горшкова. Бандиты расстреляли бывшего морпеха в упор.
Неподалеку оказался младший сержант милиции Алексей Русов. Самосюк выстрелил в милиционера, но револьвер дал осечку. А младший сержант открыл огонь на поражение по убегающей троице. Его выстрелами были ранены Самосюк и Горшков. Однако Толстопятов захватил стоявший у тротуара "Москвич", помог залезть в автомобиль подельникам и на большой скорости отъехал от проектного института.
На беду бандитов, мимо проезжал "газик" областного управления пожарной охраны. Сержант Геннадий Дорошенко и капитан Виктор Салютин подобрали Русова и начали преследование. Толстопятова и Горшкова задержали, когда они бросили машину и попытались уйти. В "москвиче" нашли мертвого Самосюка. Его мечта сбылась: он лежал на мешке, в котором было 120 с лишним тысяч рублей. Здесь же обнаружили два револьвера, автомат и три самодельные гранаты.
Суд на "бандой фантомасов" начался в апреле 1974 года. На скамье подсудимых оказалось 11 человек: кроме братьев Толстопятовых и Владимира Горшкова, были и второстепенные персонажи, помогавшие бандитам. Вердикт суда зачитали 1 июля. Владимир и Вячеслав Толстопятовы, а также Владимир Горшков были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу. Пособники получили от 5 до 12 лет лишения свободы.
Обвинение требовало дать пять лет колонии общего режима и врачу Константину Дудникову. Медик неоднократно за немалые деньги оказывал помощь раненому Горшкову. Однако суд переквалифицировал обвинение врачу с укрывательства преступника на недоносительство о преступлении.
Не забыли в Ростове-на-Дону и участников героического задержания "фантомасов". Именем погибшего морпеха-грузчика Владимира Мартовицкого названа улица в Ворошиловском районе города. Еще одна улица и переулок носят имена милиционера Алексея Русова и пожарного Виктора Салютина.
