Безусловно, со снятием введенных в связи с ядерной программой санкций Запада для страны открываются пути для возрождения экономики и промышленности, но ждать экономического чуда не приходится. Отмена санкций означает, что для физических и юридических лиц третьих стран сняты ограничения на торговлю с Ираном нефтью, газом, сталью, пшеницей, другими товарами. Размораживается и доступ к хранящимся за рубежом валютным резервам.
Но радость Тегерана была недолгой. Вашингтон не только оставил в силе основные санкции, связанные с запретом американским компаниям и физлицам на ведение деловых отношений с Ираном, но и на следующий день ввел новые. На этот раз связав их с программой разработки Тегераном баллистических ракет.
Снятие санкций привело к очередному падению цен – ниже 28 долларов за баррель и самому низкому уровню с 2003 года. Однако это была нормальная "паническая" реакция бирж. Затем, дав заработать очередные миллиарды долларов биржевым спекулянтам, котировки вернулись на прежний (около 30 долларов за баррель) уровень.
На нефть давит не только Иран, но и замедление экономики Китая. По данным Barclays, если в прошлом году Китай увеличил спрос на 510 тысяч баррелей нефти в день, то в текущем этот показатель может составить лишь 300 тысяч баррелей. К этому следует добавить и неуверенность по поводу роста экономики США, от которой ожидают темпов роста, близких к нулю, передает 365info.kz.
Возвращение в мир
Нефтяные поставки не могут начать расти с первого дня отмены санкций, но как быстро Иран сможет увеличить объемы, неизвестно. Стране на восстановление уровня нефтедобычи и заключение новых контрактов потребуется время. Через полгода после отмены санкций добыча в стране, как заявляет Тегеран, вряд ли вырастет на миллион баррелей в сутки. Опрошенные Bloomberg аналитики полагают, что, поскольку будет сложно возобновить работу на законсервированных месторождениях, спустя месяц после отмены санкций страна сможет увеличить добычу нефти на 100 тысяч баррелей в день, а через полгода – всего на 400 тысяч.
По более оптимистичной оценке экспертов Международного энергетического агентства (МЭА), Иран к концу I квартала текущего года может увеличить предложение на 300 тысяч, а к середине года – на 600 тысяч баррелей в день. Вместе с тем эксперты ОПЕК ожидают, что добыча нефти в странах, не входящих в картель в 2016 году, сократится почти на те же 600 тысяч баррелей в сутки (с 56,87 до 56,21 миллиона), главным образом за счет уменьшения объемов добычи в США и Канаде. Но и без учета этого выход на мировой рынок даже миллиона дополнительных баррелей иранской нефти в день окажет на него минимальное – около 1% – влияние (ежедневная мировая нефтедобыча – 95 миллионов баррелей). Для сравнения, каждая из таких стран, как Саудовская Аравия, США и Россия производят порядка 10 миллионов баррелей в сутки.
Кроме того, для устойчивого увеличения экспорта стране нужно не только модернизировать нефтяную промышленность, в том числе за счет привлечения западных инвестиций и технологий, но и восстановить финансовые связи с миром. Снятие санкций вовсе не означает, что иностранные банки и энергетические компании, обгоняя друг друга, ринутся в Иран. Обеспокоенность введением новых (по отличным от ядерной программы поводам) санкций и нерешенными вопросами в сфере потенциального отмывания денег сохраняется.
Куда потечет иранская нефть
Иран заявил о предстоящем увеличении объемов экспорта. Но сегодня сделать это можно лишь по уже действующим контрактам с азиатскими странами (Китаем, Индией, Турцией, Японией, Южной Кореей), куда во время действия санкций Иран экспортировал порядка 1 миллиона баррелей нефти в день. Намерен Тегеран начать поставки углеводородного сырья и в Европу, доступ в которую ему был закрыт с 2012 года. В прошлом году представители ряда европейских нефтяных гигантов, включая Royal Dutch Shell и Eni, посещали страну, чтобы обсудить условия новых контрактов с местными чиновниками. Препятствием для возвращения западных компаний в Иран могут стать низкие цены на нефть.
Скачок в добыче может произойти лишь в случае привлечения в иранскую нефтедобывающую отрасль около 150 миллиардов долларов инвестиций, но при цене барреля в районе 30 долларов это невозможно.
Большинство нефтяных компаний в это сложное время стремятся сократить расходы, а не наращивать капиталовложения. Таким образом, нефтяные перспективы Тегерана можно связывать, в первую очередь, с азиатским рынком. Чем дальше, тем сильнее Иран будет привязываться к ведущим странам региона – Китаю и Индии.
По некоторым данным, у побережья Ирана стоят 24 танкера общим объемом 50 миллионов баррелей нефти. Поэтому в краткосрочной перспективе крайне важно, как быстро Тегеран разгрузит эти плавающие нефтехранилища. Однако вряд ли он, одномоментно выбросив эти объемы на и без того переполненный нефтью рынок, пойдет на его обрушение.
Даже в период действия санкций, чтобы не терять в цене, Тегеран продавал нефть по бартеру. Вместе с тем, чтобы конкурировать с захватившей его долю на европейском рынке Саудовской Аравией (продающей там свою нефть с дисконтом в 4,85 доллара за баррель), Иран, согласно данным нефтяной госкорпорации National Iranian Oil Co., для европейских потребителей увеличит с февраля скидки на свою нефть сорта Iran Heavy с 6 до 6,55 доллара за баррель. Но и с таким дисконтом ожидать в ближайшее время большого притока иранской нефти на европейский рынок не приходится.
Во-первых, около года займет подписание новых контрактов. Во-вторых, за место под солнцем на нефтяном рынке Европы ему придется бороться не только с Саудовской Аравией, но и Россией. Таким образом, следует ожидать, что по факту Иран сможет выбрасывать на мировой рынок нефти куда меньше заявленного и ожидаемого. Это позволит стабилизировать цены на нефть.
