Сейчас нет таких актрис, да и лиц таких не встретишь. Многим не давала покоя странная, завораживающая магия лица Роми Шнайдер. "Ее лицо излучало свет. Она поднялась над повседневностью, и, видя ее на экране, мы ощущаем присутствие другого, лучшего мира", – говорил о ней французский режиссер Клод Соте. "Этот взгляд точно прожигает лазером. Мгновенно. Никогда – ни до, ни после – ни у одной женщины я не видел таких пронзительных, ясных, сумасшедших, горящих глаз. Взгляд абсолютно самодостаточный, говорящий, наполненный, магнетический", – описывал ее второй муж – Даниэль Бьязини.
В кино Роми Шнайдер было подвластно все. Недаром итальянский режиссер Лукино Висконти считал ее одной из самых гениальных актрис Европы. Французы до сих пор называют Роми выдающейся актрисой ХХ века, а австрийцы – прекрасной легендой. А в жизни Шнайдер ничего не умела. Она сыграла в 58 фильмах, неоднократно получала престижные премии за лучшие женские роли, а после смерти оставила долги.
Роми Шнайдер была любимицей кино, но падчерицей жизни. Если кино давало ей славу, известность, богатство, то жизнь отнимала самых близких, деньги и покой, наделяла чувством вины, обрекала на одиночество, мучительные страдания и тяжелые болезни. Кино возводило ее на олимп, делало божеством и идолом толпы, а жизнь безжалостно отталкивала, вырывая из ее рук простое женское счастье, которым ей так и не суждено было насладиться сполна.
Роми травили в прессе – за то, что невинной девушкой сбежала в Париж с этим "смазливым французиком" Аленом Делоном, за то, что ее первый муж Гарри Майен повесился на ее шейном платке, за то, что в последние годы, не в силах совладать с обрушившимися на нее несчастьями и нечеловеческой болью, она часто прикладывалась к бутылке и выкуривала по три пачки сигарет в день. А начиналось все как в сказке о прекрасной белокурой принцессе с ясными глазами, перед загадочной красотой которой невозможно было устоять.
Розмари Альбах-Ретти (настоящее имя Роми Шнайдер) родилась в 23 сентября 1938 года в Вене в богатой семье. Ее отец – знаменитый венский плейбой, аристократ и актер Вольфганг Альбах-Ретти, мать – популярнейшая актриса немецкого и австрийского кино Магда Шнайдер. Уже в 15 лет Роми сыграла вместе с ней в фильме "Когда зацветает белая сирень". Через несколько лет, сразу после съемок многосерийной костюмной мелодрамы об австрийской императрице Сисси – супруге императора Франца Иосифа, слава о молодой талантливой актрисе, которой не исполнилось и 20, гремела по всей немецкоязычной Европе. На Роми обрушился поток писем с признаниями в любви и предложениями руки и сердца. Ее гонорары росли, а личный счет в банке свидетельствовал о том, что она к тому же стала самой богатой девушкой в мире.
Но настоящая слава пришла к ней в Париже. Фильм "Кристина", где Роми встретилась с никому тогда не известным Аленом Делоном, сделал ее звездой и перевернул всю ее недолгую жизнь. Именно Магда настояла, чтобы дочь снималась в этом фильме, ремейке знаменитой в 30-е годы кинокартины "Флирт", принесшей ей самой широкую известность. Разве могла она знать, что жизнь распорядится по-своему, и от ее радужных планов на будущее дочери, включая благополучный брак с каким-нибудь аристократом, не останется камня на камне?
Поначалу Роми и Ален не понравились друг другу. "Надутая немецкая гусыня!" – сквозь зубы процедил Делон, вручая звезде букет белых роз. "Самодовольный французский нахал", – решила Шнайдер. Циничный Делон публично насмехался над наивной провинциалкой со строгими нравами, не умевшей даже целоваться. Но постепенно они все больше входили в роль влюбленных. Поездка на кинофестиваль в Брюссель, во время которой Роми, освоив французский язык, отчаянно флиртовала с Аленом, положила начало их безумному роману. Вслед за Делоном, презрев строгий родительский контроль, Шнайдер взяла авиабилет в Париж.
Они поселились в маленькой квартирке актера. Ради любви к нему Роми терпела все – его бесконечных распущенных друзей, намеки на интерес Делона к мальчикам, беспорядочный образ жизни. Ален любил ее, но больше всего он любил свободу, отрицая брак как ненужные "бюрократические штучки". Лишь под сильным нажимом Магды он согласился на официальную помолвку. Но это ни к чему его не обязывало. Он продолжал жить так, как привык, признаваясь, что не может примириться с бюргерским происхождением Роми и ее благовоспитанностью. "Я жил с двумя Роми. Одну из них я безумно любил. Вторую безумно ненавидел..." – говорил Делон.
В 1961 году Ален и Роми сыграли в спектакле Лукино Висконти (до этого он успел снять Делона в "Рокки и его братьях") по пьесе Джона Форда "Как жаль, что ты потаскуха!" о запретной любви между братом и сестрой. К спектаклю Роми готовила знаменитая Коко Шанель. Успех превзошел все ожидания. "Ты настоящая королева Парижа, моя королева!" – восклицал восхищенный Делон. Это, пожалуй, была самая яркая страница их романа. А через два года Роми Шнайдер подписала контракт с Голливудом и уехала в Америку, окунувшись в кино с головой. Огромные гонорары позволяли ей летать на выходные в Европу, чтобы увидеться с Делоном. В своей большой квартире она включала телефоны на полную громкость, чтобы случайно не пропустить звонок от Алена. Роми не верила газетным сплетням о любовных интрижках Делона, но однажды получила от него странное и жестокое письмо.
"Я возвращаю тебе свободу, но оставляю свое сердце", – написал он. А через некоторое время Роми узнала о его браке с Натали Бартелеми, которая была на пятом месяце беременности. Как пережила этот удар Роми, остается только догадываться. Ее спасли кино и роман с известным немецким драматургом и режиссером Гарри Майеном, ради Роми оставившим жену, с которой прожил 12 лет.
Роми вышла замуж за Майена в 1966 году, а вскоре родился сын Давид. Актриса души не чаяла в долгожданном ребенке, с радостью занималась домашним хозяйством. Наконец она обрела то, о чем мечтала. Казалось, судьба дала ей шанс забыть прошлое и начать жизнь сначала. Но не тут-то было. Все разрушил телефонный звонок от Алена Делона, пригласившего Роми сыграть с ним в фильме "Бассейн", психологическом детективе о страстных и мучительных отношениях супругов. И хотя Роми говорила, что нет ничего холоднее мертвой любви, а Делон отмахивался от журналистов дежурной фразой: "Мы любили друг друга точно по сценарию", не покидало ощущение, что все началось сначала.
Гарри этого не перенес: он бросил работу и начал пить. Роми, впав в жестокую депрессию, присоединялась к мужу, отказавшись сниматься в таких фильмах, как "Мужчина и женщина", "Последнее танго в Париже", где главные роли предназначались ей. Но едва Делон позвал ее на крошечную роль в продюсируемом им фильме "Убийство Троцкого", Роми бросила все и полетела к нему в Мексику. Их брак с Гарри распался. За полтора миллиона франков Майен согласился оставить Давида матери. А она больше уже не могла восстановить с таким трудом обретенное душевное равновесие.
Через несколько лет, окончательно спившись и не оправившись от несчастной любви, Гарри Майен покончил с жизнью в своей берлинской квартире. После этого жизнь Роми и вовсе пошла кувырком. Развод со вторым мужем Даниэлем Бьязини, ее личным секретарем, от которого Роми родила дочь Сару, тяжелейшая операция по удалению почки, сделавшая ее инвалидом, все усилившееся пристрастие к алкоголю, разрушавшее ее и без того хрупкое здоровье, многочисленные любовники, не приносившие ей счастья, безумная усталость от съемок.
За связь с боготворившим ее молодым ассистентом Лораном Петеном Роми ухватилась как за соломинку, но тщетно: она не могла забыть Делона и избавиться от этого наваждения. Но судьбе, видимо, было этого мало. В один день Роми лишилась единственной надежды. Как-то раз Давид, возвращаясь домой, обнаружил, что ворота усадьбы заперты, а ключи он забыл. Перелезая через ограду, он напоролся на острые железные прутья. Они пронзили ему брюшину. Усилия врачей оказались напрасными: после операции мальчик скончался. Теперь ничего уже не удерживало Роми в этой жизни.
Она пережила любимого сына всего на год. Последний фильм – "Прохожая из Сан-Суси" – она посвятила памяти Давида и Гарри. "Я устала. Моя жизнь – ад, он всегда у меня перед глазами" – таковы последние строки в ее дневнике.
В ночь на 30 мая 1982 года Роми нашли мертвой. Она сидела за своим письменным столом перед портретом Давида. Газеты пестрели сообщениями о самоубийстве великой актрисы, но медэксперты опровергли эти сведения, сказав, что смерть была скоропостижной и естественной. Мир рыдал, и лишь один Делон не смог преодолеть своего всегдашнего цинизма. А может, таким образом он пытался замаскировать острую боль от потери? "Прощай, моя куколка", – только и мог сказать Ален, потерявший свою "маленькую Роми" навсегда.
Организацию похорон актрисы, как в свое время и Давида, он взял на себя, положив своей "вечной невесте" в гроб такие же белые розы, с какими некогда встречал ее в парижском аэропорту Орли перед началом съемок "Кристины", и добившись, чтобы прах сына был перезахоронен рядом с могилой матери на кладбище Буасси в 50 километрах от Парижа. Магда Шнайдер слегла с инфарктом, ей пришлось оплакивать смерть единственной дочери и внука еще долгих 14 лет.
