Яркий пример – принятый Верховной Радой Украины закон о реинтеграции Донбасса. Дело ясное: хотят граждане вернуть себе утраченные территории, пустить на них армию. Минские соглашения, разумеется, побоку. Но вперед солдат пускают другую армию, юристов. Это как перед многочисленными войнами между бывшими советскими республиками сначала "дралась" армия историков, выяснявших, что же все-таки было раньше – яйцо или курица? Начинается вторая серия войн за Донецк и Луганск, парламентарии "Незалежной" почувствовали мощную поддержку из-за океана. Администрация товарища Трампа их не подвела, заняла жесткую позицию на соблюдение целостности украинской великой державы, подарила противотанковые "Джавелины". Все известным путем.
Иногда, впрочем, с помощью юридических хитростей хотят остановить войну. Вспомним как Дмитрий Медведев, когда, по собственному выражению, "работал президентом", пожелал получить от НАТО письменные юридические гарантии того, что система противоракетной обороны, размещаемая в Европе, не направлена против России. Казалось бы, разрыв пакта "Молотова-Риббентропа" о ненападении между СССР и Германией должен был научить чему-то потомков, но нет, учиться они не желают. Думают – ну уж их-то не обманут, не посмеют. Потомки-то умные. Это Сталин-дурак и Берия-негодяй допустили врага до Москвы, а уж мы-то не допустим. В крайнем случае справку Пентагону представим за подписью Кудрина с Силуановым, что не было у нас средств на новые самолеты и танки в нужном количестве. И вообще, нарушат наши границы – мы в суд подадим. Прямо в Брюссель или в Гаагу. И еще компенсацию у них отсудим за моральный ущерб и лишение иллюзий.
Так что, нет оснований беспокоиться. На все есть свои законные, юридически обоснованные методы и подходы. Вот, скажем, в стране якобы существует свобода слова, декларированная в конституции и широко рекламируемая. Ну не в нашей стране, конечно, а где-нибудь за океаном. И там эта самая независимая печать – прямо святое, а если газетой или каналом владеет государство – клеймо на всю жизнь. Но страшное подозрение запало в мозг нации — иностранные агенты вмещались в выборы. И в результате победил мистер Трамп, семидесяти лет, а не миссис Клинтон, примерно на год младше. Тут же на российский, для них иноземный, телеканал "RT" вешается ярлык иноагента и налагаются ограничения в правах. И законы для этого находятся – хоть бы и 1938 года издания. Российская же Дума срочно издает в ответ новый указ по которому уже западные СМИ также считаются иностранной агентурой. В общем "каков привет – таков ответ".
Бывают определенные перегибы и у нас. То начинаем требовать письменного указания "запрещенных в РФ" организаций, как будто все, что не запрещено, то разрешено – например, мафия, нацизм и прочие нехорошие излишества. Вдруг очередная Варя Караулова сбежит в "Аль-Каеду", нельзя же допустить. Пока боролись с терроризмом на бумаге -дождались, что в реале подростки начали устраивать резню в одной школе за другой. Негативное влияние соцсетей, Голливуда и, конечно, подражание американским сверстникам, юным киллерам.
То потребуем закона в стиле Яровой – записывать чуть ли не весь трафик в интернете и телефонии, вдруг те же террористы отметятся. Говорят, что убийц Немцова засекли по звонку домой – а вдруг опять убьют столь же дорогого всем человека, как искать тогда будем? И вот уже стонут операторы связи, несут новые расходы. Но раз надо – то никуда не деться.
Отдельно проходят финансовые требования. Вот правительство Молдавии потребовало от нас деньги за оккупацию Приднестровья, миллиарды в твердой валюте. И это они еще не вспомнили о советской оккупации. Мы забыли уже молдавский коньяк как страшный сон, но они – не забудут, не простят.
В заключение вспоминаем известное выражение – мол, был бы человек, а статья найдется. На разнообразных территориях, по которым бьют стрелы законодателей, живут живые люди. А потом там начинается какая-нибудь антитеррористическая операция и все летит к чертям. Летят самолеты и танки горят, сплошной "е-комбат". Народным слугам хорошо бы помнить, что за стенами парламентов, Рад и прочих Дум есть еще живые избиратели, и попытаться в своем творчестве все-таки не портить им бренное существование.