Он звонит своей маме по несколько раз в день – отчитаться, где был, что ел, когда вернулся. Он заезжает к ней как можно чаще, а уж в выходные вы по умолчанию должны присутствовать на семейном обеде. Он советуется с ней по любому поводу, и ее мнение неизбежно становится руководством к действию.
Да, рядом с вами – классический мамин сын из анекдотов. Впрочем, это – всего лишь одна разновидность из нескольких. И если ваш партнер не проявляет подобных забавных и раздражающих привычек, вы можете даже не отдавать себе отчета, что все равно выбрали в спутники "мамоцентричного" мужчину.
У психологов существует целая классификация маминых сыновей – по четырем типам.
Он делает все вопреки ее мнению? Он то и дело ссорится с ней, а потом еще несколько дней изобретает аргументы в свою пользу? Он с горечью рассказывает, сколько от нее натерпелся в детстве и юности? Да. Все это – свидетельства того же диагноза, просто с другими симптомами. Если мнения, решения и поступки мужчины так или иначе "завязаны" на отношениях с матерью и отношении к ней, то перед вами – мамин сын.
Его характер и вся жизнь строится в зависимости от сформированной еще в детстве связи с матерью, выраженной как в недостатке внимания и любви, так и в их переизбытке и гиперопеке. У психологов существует целая классификация маминых сыновей – по четырем типам.
Классический тип – так называемый "тоскующий". Его мать, по каким-то причинам, была слишком далека от своего ребенка, физически или эмоционально. Может быть, она отсутствовала. Может быть, не считала нужным уделять ему внимания. А может быть, была с ним жестокой и холодной, ругала, наказывала и ограничивала "флажками" бесчисленных запретов. Издерганный, неуверенный в себе, отчаянно мечтающий о материнском тепле, ребенок не понимает, почему его не любят. И в какой-то момент уверяется, что причина – в нем и вина на нем. Он что-то делает не так. Он не такой. Он не достоин и не заслуживает.
Он не ропщет и не обижается, напротив – бесконечно пытается угодить, убедить, заинтересовать, понравиться. Помните Орсона в "Отчаянных домохозяйках", шедшего на что угодно, лишь бы мать была им довольна?
Издерганный, неуверенный в себе, отчаянно мечтающий о материнском тепле, ребенок не понимает, почему его не любят. И в какой-то момент уверяется, что причина – в нем и вина на нем.
"Тоскующий" страстно жаждет любви и во взрослой жизни. И женщины безошибочно считывают эту жажду, это беззащитность и недолюбленность. Вот только они не подозревают, что любви, которую они готовы предложить мужчине, ему всегда будет мало. Чаще всего именно "тоскующие" становятся профессиональными дон-жуанами. И пытаются утолять свою жажду чистой физиологией, надеясь, что секс заполнит душевную пустоту. Не насытившись, не ощутив искомого расслабляющего уверенного тепла, они не видят смысла как-то "работать над отношениями" – и спешат навстречу новому роману.
Им под силу понравиться почти любой: уж если что "тоскующий" и умеет, так это подладиться и угадать настроение, – это умение он довел до совершенства еще в детстве, пытаясь угодить матери. Так он и переходит от одной к другой, пытаясь согреть и согреться, и к зрелости превращается в настоящего "ходока".
Женщине, полюбившей "тоскующего" и мечтающей удержать его, придется нелегко. Потому что ей не суждено расслабиться – от "тоскующего" нужно убегать, его нужно стимулировать прохладой и независимостью. А именно такие игры крайне сложны для типа женщин, привлекающих этот тип. "Тоскующий" обычно выбирает неуверенных в себе, не "согретых" и одиноких. И рано или поздно, отдав ей порцию тепла и заботы, уходит к следующей.
За плечами у "ответственного" – непростое взросление в заботе о "несчастной" маме. "Ответственный" – ребенок серьезной больной, брошенной, овдовевшей или еще по какой-то причине опустошенной и неудачливой женщины. Ее сын – ее крепость. Он с ранних лет осознает, что является единственной опорой, и растет очень самостоятельным.
Во взрослой жизни такой мужчина зачастую выбирает соответствующую профессию – он становится врачом, спасателем, психологом, пожарным… Такая работа дает возможность делать то, что "ответственный" умеет лучше всего: спасать и помогать.
"Ответственный" – ребенок серьезной больной, брошенной, овдовевшей или еще по какой-то причине опустошенной и неудачливой женщины.
Помните повесть Улицкой "Искренне ваш Шурик"? Вот доведенный до абсурда типаж "ответственного" маминого сына. В более приближенных к жизни случаях, такие мужчины – идеальные мужья, отцы и друзья. Щедрые, верные, понимающие. Вот только под грузом добровольно взятой на себя ответственности за близких и дальних они порой гнутся и почти готовы сломаться. В какой-то момент из-за эмоциональной и физической перегрузки они буквально заболевают. И некая невидимая преграда, неожиданная холодность с их стороны на самом деле – дистанция, которую они иногда просто вынуждены выстраивать, чтобы не "перегореть".
Но будет ошибкой попытаться спасти "ответственного", стараясь загородить его от бед и проблем окружающих. И не меньшей ошибкой будет обижаться, что, пока он спасает всех вокруг, все дела семьи – на ваших плечах. Да, ему трудно соблюдать баланс между "общественным" и "личным". Но если он чувствует, что полезен, то его уважение к себе растет, и именно это дает ему силы в нужный момент подставить плечо своей женщине.
"Излучающий". В своей скандальной книге "Андрей Миронов и я" актриса Татьяна Егорова очень подробно рассказала об отношениях своего возлюбленного с матерью – знаменитой актрисой Марией Мироновой, известной своей властностью, жесткостью и всепоглощающей любовью к сыну. Яркий, безгранично обаятельный, талантливый, женолюбивый и любимый женщинами Андрей Миронов – идеальный представитель "излучающего" типа маминых сыновей.
"Излучающие" мужчины в детстве стремятся только к одному – чтобы мама была довольна. Часто она воспитывала сына одна – свою единственную радость, самого лучшего и любимого мужчину. Либо в семье просто был ее культ. В атмосфере поклонения и заботы такая мать до преклонных лет остается красивой и молодой, а удовлетворение ее желаний и прихотей повзрослевший сын по-прежнему считает своей главной задачей.
Во взрослой жизни излучающий мужчина ведет себя так и рядом с каждой оказавшейся рядом женщиной, делая ее очень счастливой. Увы, не надолго. Излучающий мужчина постоянно нуждается в объектах для "осчастливливания". И с этой благородной целью попросту переходит от одной женщины к другой.
"Излучающие" мужчины в детстве стремятся только к одному – чтобы мама была довольна.
Но что же делать той, которая не готова и не согласна его потерять? Как ни странно – брать пример с его матери: внутренне молодой и уверенной в себе, убежденной в том, что все ее желания должны исполняться и все капризы удовлетворяться. Заряжать своего "излучающего" непреходящим драйвом. И помнить: ответственность в этих отношениях – на ней, расслабляться и одомашниваться не стоит. "Излучающий" - словно ртуть, только отвернись, и он ускользнет, оставив на память лишь свою обаятельную улыбку.
"Страдающему" маминому сыну, пожалуй, приходится сложнее многих. В отличие от остальных, его мать с поводка никогда не спускает. Как смешного Эмика в "Ликвидации". Помните, все его попытки хоть как-то отстраниться от обожающей мамаши заканчивались плачевно.
Мать "страдающего" с детства зациклена на сыне. Никаких других отношений для нее не существует, и постепенно она и его, и себя загоняет в отгороженную от всех семейную крепость. Никакой независимости, никакой самостоятельности, никакой отдельности, никакой личной свободы. В такой семье пуповина не просто не разрезана, она крепнет с каждым годом, превращаясь в настоящую удавку.
Очень рано "страдающий" понимает и зазубривает наизусть, что не имеет права на собственную жизнь: если он уйдет, мама непременно заболеет или вообще умрет, с ней случится что-то страшное, потому что не останется смысла жизни. Такие матери, к слову, часто бывают прекрасными актрисами и для закрепления урока устраивают несколько показательных выступлений: при малейшей попытке неповиновения сваливаются с "сердечным приступом". Смертельно напуганный сын не сопротивляется – и приносит в жертву себя и собственную жизнь.
Очень рано "страдающий" понимает и зазубривает наизусть, что не имеет права на собственную жизнь: если он уйдет, мама непременно заболеет или вообще умрет.
Его мать не то чтобы отдает себе отчет, что не намерена никому отдавать своего сыночка до самой смерти. Нет, ей искренне кажется, что она желает ему счастья – просто лучше знает, как и с кем он будет счастлив. Помните слова Маргариты Павловны Хоботовой: "Когда я увижу женщину, которой смогу тебя доверить"… Увы, такая женщина зачастую не находится никогда. И мы видим на улице трагикомическую пару: старую женщину, ведомую под руку пожилым сыном, в котором бросается в глаза что-то неуловимо детское.
Неужели же для него совсем нет никакой надежды? Отчего же – есть. Женщине, которая его полюбит, нужно помнить: он не в состоянии брать на себя ответственность и делать решительные шаги. Эта способность в нем, за невостребованностью, давно атрофировалась. Зато он достиг совершенства в умении "не огорчить".
И он – идеальный спутник для властных и сильных женщин, прирожденных лидеров и руководителей. Более того, ни с каким другим типом мужчин эти женщины счастливы не будут. Хуже придется женщинам другого склада. Им стоит как следует подумать, готовы ли они всегда быть главными – и что будет, когда они устанут от этого и захотят почувствовать себя слабыми. А потом попробовать постепенно научить своего любимого "страдающего" осознанно принимать решения. И помнить: если он правда любит, то будет очень стараться.
Любить "маминого сына" не так-то просто. И, принимая решение дать волю своей любви, стоит как следует подумать. Однозначных решений здесь нет, как и однозначных рекомендаций.
Но есть еще один тип маминых сыновей – редкий, редчайший. И встретив и полюбив его, стоит тысячу раз поблагодарить судьбу. Такой мужчина безгранично любит и ценит свою мать… за то, что она его отпустила. За то, что научила, как быть настоящим мужчиной. И за то, что всегда поддерживала его решения и принимала его выбор. Собственно говоря, счастье – не только быть рядом с таким мужчиной. Счастье такого мужчину воспитать. Но это уже – совсем другая история.