В этом году мир отмечает 100-летие со дня рождения Марии Каллас – одной из величайших оперных див XX века. Мы знаем ее как как лирико-драматическое сопрано, в последние годы жизни исполнявшую партии меццо-сопрано.
Про ее романы, скандалы, потерю голоса, неудачное возвращение на сцену написано много. Но до сих пор, даже спустя более полувека, история ее жизни продолжает волновать журналистов, драматургов, режиссеров. Недавно в театре имени Вахтангова вышел спектакль "Мастер-класс", где Людмила Максакова показала Марию Каллас в роли педагога.
А Сати Спивакова в спектакле Дмитрия Сердюка "Канарейка" на сцене театра Наций показывает оперную диву такой, какой ее видели только самые близкие. Больная женщина 53-х лет, которая мучается от бессонницы, зависима от сильнодействующих препаратов и почти никого не узнает. Ужели это та самая "канарейка", как называл ее миллиардер Аристотель Онассис, у ног которой лежал весь мир?
На экране черно-белого телевизора мелькают записи выступлений, кадры кинохроники, записи светских раутов и мировых турне. Было это на самом деле? Каллас всматривается в экран, пытаясь вспомнить что-то. Но там снова помехи, помехи, помехи...
Сати Спивакова показывает трагедию бывшей звезды, когда все в прошлом – слава, поклонники, работа с лучшими режиссерами, дорогие подарки. Шуба, в которой предстает Каллас, еще с тех времен. Потом она надевает платья своих героинь. Это ее вторая кожа, ее броня, без нее оперная дива – несчастный человек, которую ненавидит сестра, использует мать, бросил любовник, презирает горничная.
Имеет ли право она личное счастье? Каково это жить затворницей после всеобщего обожания? И, наконец, почему теперь, когда нет былых гонораров, прислуга покупает такой дрянной кофе? Про все это и рассказывает спектакль. И Сати Спивакова в нем хороша. Она играла в "Гоголь-центре", в "Геликон-опере", но именно сейчас ее драматический талант раскрылся в полной мере.
Да и вообще спектакль сделан с большим вкусом. Чего только стоит саундтрек американской перформансистки Лауры Андерсон – одной из виднейших представителей экспериментальной электронной музыки. Но, оказывается, что история последних дней жизни оперной дивы под экспериментальный пост-панк и арт-поп звучит очень объемно.
