К деятельности Горбачева на посту генерального секретаря ЦК КПСС и как президента Советского Союза отношение в обществе очень неоднозначное и по сей день, когда Михаил Сергеевич уже 29 лет как пенсионер. В него бросают камни и за антиалкогольную компанию, и за экономический крах в конце 80-х, и за развал большой страны.
Но спектакль Алвиса Херманиса не про политику, а про огромную любовь, которая у Михаила Сергеевича и Раисы Максимовна Горбачевых длилась почти полвека. И только смерть разлучила их.
Именно со смерти и начинается спектакль – повествование о последних днях Раисы Горбачевой в Мюнстерской университетской медицинской клинике Чулпан Хаматова и Евгений Миронов начинают чтением с листа, отстраненно. А потом прямо на глазах у зрителей перевоплощаются в Раису и Михаила Горбачевых, ища точные позы и жесты, манеру смеяться, нужную интонацию и тембр голоса.
"У нее словно бы внутренний стержень и облачко вокруг", – объясняет Хаматова всегда восторженный нотки в голосе у своей героини. А Евгений Миронов очень точно на протяжении всего спектакля воспроизводит южный ставропольский говор Михаила Горбачева с его узнаваемыми "усё", "када" и "нАчать".
Перевоплощение получается в итоге фантастическое. И когда в финальной сцене грузный пожилой "Горбачев" будет рассказывать о жизни без своей "Захарки", как ласково называл свою Раю, покажется, будто это и есть сам Михаил Сергеевич. Или просто "Микки", каким он был для обожаемой супруги...
При этом Евгений Миронов подчеркивает: "У нас нет задачи сделать двойников, добиться портретного сходства, мы пытаемся понять способ их мышления, причину их поступков. Ведь подумать только: в Москве встретились тракторист из Ставрополя и девушка-отличница из Сибири. Просто Ромео и Джульетта какие-то! Как он ее любил, как восхищался ею!"
Бывший генсек, кстати, приходил на премьеру и не мог сдержать слез. Ведь для него все происходящее на сцене – часть его личной жизни и драмы. А для Миронова и Хаматовой – игра.
Именно поэтому спектакль строится по принципу "театр в театре". Мы оказываемся в гримерной, где актеры учат роли, вживаются в характеры своих героев, примеряют костюмы (художник Виктория Севрюкова). Через них очень точно воспроизведена эпоха и вкусы первой пары страны – тут и знаменитая цигейковая шапка Михаила Сергеевича, и шелковые блузы с бантами, и приталенные костюмы с накладными плечами Раисы Максимовны.
Наряды меняются от сцены к сцене, от эпохи к эпохе. А перед нами за три часа проносится вся история большой страны, написанная на основе документов, писем, мемуаров четы Горбачевых и личных встречи актеров с политиком. Раскулачили деда Михаила Сергеевича, отец ушел на фронт, дело еврейских врачей, умер Сталин, на похороны которого студент Миша пробрался со своей невестой Раей, маразм Брежнева, управление страной дряхлыми кремлевскими старцами, перестройка, Форос, приход Ельцина к власти... Но исторические события – лишь фон. Здесь важны не они, а эмоции, настроение, чувства.
Миронов и Хаматова передают их безупречно. И когда их герои Михаил Горбачев и Раиса Титоренко целуются на свадьбе, зрительный зал кричит "Горько!"
Безусловно, этот спектакль – событие. Он был поставлен во времена, когда границы закрыты и режиссер мог репетировать лишь посредством видеосвязи – он даже не видел финальной версии спектакля. Премьера в итоге перенеслась с весны на конец года.
Об этой постановке будут говорить, сюда будут стремиться попасть. Попасть, чтобы лучше узнать человека, который, как полагает режиссер, "в двадцатом веке масштабно повлиял на жизнь сотен миллионов, перерисовал карту всей Европы, нашел ключ от тюрьмы, в которой мы все пребывали". Попасть, чтобы простить его и даже полюбить.
