Приглашения уже разосланы и повестка определена: Олланд намерен обсудить с Ангелой Меркель, Мариано Рахоем и Паоло Джентильони "возможные последствия выхода Великобритании из ЕС, борьбу против терроризма – и все это на фоне усиливающейся напряженности в отношениях с Россией и США". И еще один занимательный пункт предстоящего обсуждения – подготовка к празднованию 60-летия Римского договора.
Отметить такую дату, конечно, надо. Подписанный 25 марта 1957 года Римский договор заложил основу для Европейского экономического сообщества. Его подписали ФРГ, Франция, Италия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург. В тот же день было заключено соглашение о функционировании Европейского сообщества по атомной энергии.
Но это не единственный повод для вечеринки. 7 февраля исполнилось 25 лет со дня подписания Маастрихтского договора. Это должно было превратить Европейское сообщество в политический, а затем – в экономический и валютный союз. В него были включены разделы об общей внешней политике и правосудии.
Не будем утверждать, что праздники превратятся в поминки по ЕС – это уж чересчур – но налета легкой грусти по безвозвратно утраченным перспективам не избежать. Кое-кто в Европе комментирует брекзит в духе "баба с возу – кобыле легче" – имея в виду, прежде всего, ворчливый характер Лондона и его постоянные диссидентские выходки. Но в реальности британцы нанесли своим уходом если не сокрушительный, то весьма ощутимый удар по европейскому единству.
Франция, фактически, на низком старте: в реальности фрекзита уже мало кто сомневается. Такой вывод можно сделать хотя бы из того, что власти в преддверии апрельских выборов президента вовсю трубят о вмешательстве вездесущих "русских хакеров" в избирательную компанию. Таким образом они готовят почву для обвинений против Марин Ле Пен, если она все же займет президентское кресло. А шансов на это у лидера "Национального фронта" немало: продолжающиеся бунты в "арабских кварталах" Парижа не только подтверждают крах миграционной политики Брюсселя, но и прибавляют очки в рейтинг евроскептиков.
Чем же европейскому истеблишменту Ле Пен не нравится? Ну, к примеру, своим обещанием "вернуть Франции суверенитет". Лидер Национального фронта пообещала: если она станет президентом, то сразу же направится в Брюссель. "Марин Ле Пен скажет: "Народ наделил меня властью. Я хочу восстановить во всех сферах великий суверенитет Франции, который вы у нас украли . Чтобы законы Франции были превыше европейских", – прокомментировал обещание своего лидера зампредседателя "Национального фронта" Флориан Филиппо.
Сама Ле Пен утверждает, что ЕС оказался провальным проектом. Это отразилось в падении покупательной способности, кризисе, вызванном наплывом мигрантов, терактах. Так что прямой резон последовать примеру Великобритании – пока не стало слишком поздно.
Об "эффекте домино" европейские политики и эксперты заговорили сразу после референдума, на котором британцы высказались в пользу брекзита. По мнению экспертов, выход Великобритании полностью разбалансирует европейскую систему и ЕС изнутри. В частности, для Франции Евросоюз без Англии не представляет особого интереса – причем не только в экономическом, но и в политическом и оборонном плане. То же самое можно сказать и об Италии, ну и, само собой, Греции и Португалии. Берлину, как финансовому и политическому центру всей конструкции, пока приходится держать марку, показывать себя главным защитником единой Европы. Но и это едва ли надолго – скорее всего, до осенних выборов канцлера.
