О ЧЕМ
Кэвин (МакЭвой) страдает расщеплением личности, отсюда и название – сплит, раздвоение, именно так врачи называют эту болезнь.Но в Кэвине личности 23. Одна из них похищает трех милых учениц колледжа – Кейси, Марсию и Клэр (Тейлор-Джой). По классике жанра, преступник помещает заложниц в глухой подвал, но издеваться над ними он особо не намерен. Вместо этого хозяин устраивает перфомансы с переодеванием и перевоплощением, являя девочкам и зрителю обитателей своего внутреннего мира.
Это либо педантичный фанатик чистоты Денис в стильных очках и модном бомбере, либо подросток Хейдвиг, с трудом выговаривающий звуки, либо стиляга-модельер Барри, не весть как вообще оказавшийся среди этого балагана, либо (для восстановления гендерного равновесия, видимо) "баба-ягодка опять" Патриция – мадам строгих нравов и консервативных взглядов. Также мы лицезреем реального Кевина в кресле психолога Карен Флетчер (Бетти Бакли), а еще вместе с пленными девицами узнаем о существовании Зверя, появления которого, собственно, с замиранием сердца ждут и героини, и зрители, и сам герой – ради этого Зверя все мы здесь, оказывается, сегодня и собрались.
ГДЕ МЫ ЭТО ВИДЕЛИ
Не вызвавший ажиотажа "Кловерфильд, 10" Дэна Трахтенберга острее передает параноидальное состояние героев и имеет больше общего с клустрафобическим триллером. Есть смысл также пересмотреть (или увидеть впервые) "Идентификацию" Джеймса Менголда, а если душа требует канонической ленты, где "все включено", стоит оживить в памяти "Психо" Альфреда Хичкока – классическое подтверждение того, что не всегда качество уступает количеству: в хорроре всех времен и народов сознание героя разрывается лишь между собой и матерью, но у фильма бессчетное количество других достоинств.
ЧТО НОВОГО
МакЭвой – точка сборки и неоспоримая удача фильма. То, как он перевоплощается в самое себя, стирая и строя образы один за другим, вызывает не просто интерес, но восхищение. Его – точнее, одного из его ликов – танцы под Бейонсе, сменяющиеся пространными экзистенциальными рассуждениями разбавляют плавное повествование и даже, кажется, расширяют границы места действия (коих всего два: подвал и кабинет психолога) – не бросаются в глаза однотонные стены, так и эдак, но все же одинаково поданные оператором, перестает возмущать то, что пленных девушек зачем-то настойчиво показывают в полураздетом виде. Впрочем, не танцем единым.
Стоит отметить проникновенную игру Ани Тейлор-Джой. Ее героиня – отстраненная от социума, не вписывающаяся в массовую культуру smile and happy, тонкая, способная к рефлексии, выстраивает диалог, кажется, со всеми личностями Кэвина. Не оттого ли, что она носит внутри драму, зрителю явленную и известную, определенно родственную по глубине главному герою? Охотника-похитителя и добычу-заложницу объединяет их непричастность к большому, но такому одинаковому миру, в котором, честно говоря, таким, как они, нет места. К миру, против которого они не умеют обороняться – а вот две одноклассницы Кейси умеют, но в подполье больного их это не спасает, и именно они становятся первыми жертвами. Найт Шьямалан играет со зрителем, дразнит его клоуном-пародистом Кэвином, подкидывая время от времени глубокомысленные идеи, но не давая в них окунуться. Его манера здесь напоминает молодую группу на разогреве у маститых коллег: сейчас, вот еще немного – и вам воздастся за долгое ожидание. Сейчас, сейчас выйдет Зверь, и будет нечто. Зритель, знающий режиссера по финтам в "Неуязвимом" и "Таинственном лесе", ерзает и предвкушает, но даже он, вероятно, будет как минимум в недоумении, когда развязка наступит, и поймет, что триумфы режиссера, видимо, остались в прошлом.
Нет, трюк эффектен, но в общей картине его можно с натяжкой назвать вишенкой на торте, которая нужна, но вкуса не меняет: "Сплит" обещает действо не из плоских, а по факту оказывается типичным и где-то даже проходным триллером – вглядываешься, вглядываешься в экран в надежде увидеть анонсированный саспенс, ту самую "птичку", ради которой недвижно сидел столько времени. А вместо птички – ослепляющая на секунду вспышка. Но это не та секунда, которая войдет в историю и останется в памяти кинематографа, увы.
