Саргсян не нашел в себе силы, чтобы выйти на площадь и сообщить о своем решении народу, его обращение распространила пресс-служба правительства. "Обращаюсь к вам в последний раз как глава государства. Никол Пашинян был прав. Я ошибся. В сложившейся ситуации есть несколько решений, но ни на одно из них я не пойду. Это не мое. Я оставляю должность руководителя нашей страны", – заявил премьер-министр.
В прессе появились сообщения, что Саргсян уехал из страны, поэтому его обращение передается в письменном виде. Однако, источники в правительстве опровергли эту информацию, но что происходит в Армении в данный момент узнать непросто – власти не спешат делать заявлений на фоне ухода премьера.
Примечательно, что Саргсян решил уйти в отставку через несколько часов после того, как к протестующим в Ереване присоединились военные. Несколько десятков человек в форме без знаков отличия и без оружия влились в толпу митингующих утром 23 апреля. Не исключено, что это могли быть и ряженые, присутствие которых в разгоряченной толпе лишь сыграло на руку протестующим.
Люди в форме успешно справились со своей задачей: через час после их появления власти освободили лидера протестного движения депутата Никола Пашиняна, задержанного за сутки до этого. А через четыре часа Серж Саргсян, назначенный 17 апреля на пост главы правительства, заявил о своей отставке.
Очевидно, что карты Саргсяна были биты еще в первый день народного протеста, когда депутат от оппозиционной партии "Елк" (союз "Исход") Никол Пашинян только начал выводить народ на улицы Еревана. Отставка Саргсяна была только вопросом времени – когда вновь назначенный премьер, отсидевший до этого два президентских срока по пять лет, дрогнет от народного гнева. Политик не выдержал на десятый день, многие в Армении назвали это мужественным поступком.
Можно сказать, что либеральная партия "Елк" сотворила маленькое чудо: это политическое объединение не многим может похвастаться. К примеру, на парламентских выборах 2017 года возглавляемый бывшим журналистом союз "Исход" набрал 7,7% голосов избирателей и получил всего лишь 9 мест в законодательном органе страны. С таким политическим багажом партия могла сыграть только на очень популярной теме для протеста.
И она подвернулась как нельзя кстати: парламент, контролируемый Республиканской партией Сержа Саргсяна, а вслед за ним и президент Армен Саркисян утвердили экс-главу государства на должность премьера. При этом немалую роль для возникновения протестных настроений в обществе сыграл сам Саргсян, заявлявший в конце своего второго срока, что больше не собирается засиживаться во власти.
Видимо, амбиции взяли верх и политик решил все-таки сменить президентское кресло на премьерское, тем более, что в Армении прошла реформа государственной системы и функции президента стали чисто представительскими. Реальная власть перешла в руки премьеру и получается, что контроль над страной Саргсян, в случае, если бы он не ушел в отставку, по сути не терял.
Стоит напомнить, что Армению лихорадит не в первый раз и протесты уже были связаны с именем Сержа Саргсяна. Десять лет назад, в феврале 2008 года, после президентских выборов, на которых победил Саргсян, по стране прокатилась волна митингов, их участники в течение нескольких дней выступали против массовых нарушений во время голосования. Тогда во время столкновения протестующих с органами правопорядка погибло не менее восьми человек, а пострадали более двухсот.
В июне 2015 года (тогда у Саргсяна шел второй президентский срок) поводом для массовых протестов послужило повышение тарифов на электроэнергию на 16%. Для жителей Армении это стало уже третьим повышением цены на электроэнергию за последние несколько лет, в 2013 году она подорожала примерно на треть. События получили название Энергомайдан по аналогии с протестными акциями на Украине, но не привели к человеческим жертвам. В столкновениях с полицией пострадали с обеих сторон 18 человек.
Нынешние события в Армении не привели к тяжелым последствиям, но впервые показали, что народ способен оказать влияние на власть и диктовать ей свои условия. С одной стороны, это говорит о слабости власти, которая в прошедшие годы демонстрировала достаточно жесткую позицию в отношении протестных настроений. С другой – указывает на проблемы в рядах оппозиции, не сумевший выстроить диалог с властью, в котором обе стороны слышали и понимали бы, что говорит их оппонент.
Известно, что убеждение бывает действеннее, чем сила, а если она соединится со справедливостью, то такой союз достаточно тяжело испытывать на прочность. Не руководствующихся этой древней мудростью политиков, вероятно, ждут непродолжительная карьера и забвение.
