Об этом свидетельствует и выступление в Сенате министра Жан-Батиста Лемуана, который отметил, что французское правительство не признает в одностороннем порядке "Нагорно-Карабахскую Республику". По мнению министра, "данный шаг не будет иметь ни пользы, ни эффективности", а "решение конфликта в Нагорном Карабахе будет происходить не благодаря одностороннему жесту Франции, а благодаря диалогу между сторонами" .
Со своей стороны, Милли Меджлис Азербайджана в своем заявлении в ответ на эту резолюцию призвал правительство Азербайджана обратиться к руководству ОБСЕ об отзыве Франции с сопредседательства Минской группы этой организации (МГ ОБСЕ), пересмотреть политические отношения и глубже проанализировать экономические связи, существующие между Азербайджаном и Францией.
В этом контексте следует отметить, что практически сразу же после подписания известного заявления Президента Азербайджанской Республики, Премьер-министра Республики Армения и Президента Российской Федерации (РФ), положившему конец 44-х дневному вооруженному противостоянию, в информационном пространстве развернулись бурные дискуссии на тему о геополитических победителях и побежденных, что может быть связано не только с межгосударственным характером этого конфликта, но и своеобразной структурой посреднического института сопредседателей МГ ОБСЕ.
Надо признать, что в экспертных кругах широко распространена мысль о том, что одним из важных параметров этого конфликта является его геополитическая составляющая. О том, что между отдельными членами МГ ОБСЕ, в первую очередь, Россией и западными странами, периодически возникала своеобразная "конкуренция" пишет и В. Казимиров – в 1992-1996 годах глава российской посреднической миссии. В этой связи, следует отметить, что Соглашение о прекращении огня в мае 1994 г. было достигнуто благодаря именно посредническим усилиям России.
Между тем, после того, как в 1997 году был создан институт со-председателей МГ ОБСЕ в составе России, США и Франция, мнения о противоречиях между этими странами в вопросах урегулирования конфликта постепенно сошли на нет, более того многие политики и эксперты рассматривали МГ ОБСЕ как чуть ли не единственный пример конструктивного сотрудничества между Россией и западными странами. К сожалению, это сотрудничество за многие годы так не привело к существенным прорывам в процессе урегулирования, что особенно стало ясно после того, как премьер-министр Армении Н.Пашинян завел переговоры в тупик.
Затем, отсутствие запасного "плана Б" у сопредседателей привело к вооруженному противостоянию, которого как отметил Н.Пашинян, можно было бы избежать, вернув территории и согласившись на неопределенный статус Карабаха. Армянская сторона отказалась от этой возможности и поэтому основная вина за такое трагическое развитие событий лежит на ней, однако, хотелось бы надеяться, что свою долю ответственности осознают и со-председатели МГ ОБСЕ.
В связи с этим сегодня вызывает недоумение реакция двух сопредседателей МГ ОБСЕ – США и Франции – на трехстороннее Заявление от 10 ноября. Напомним, что эти страны фактически выступили с требованием к России отчитаться за "неясности", связанные с режимом прекращения огня, который, по мнению французского министра иностранных дел Ж.-И. Ле Дреана, не регулирует сути проблемы.
Не согласившись с таким подходом, министр иностранных дел России Сергей Лавров, в ответ на эти претензии, дипломатично заметил, что в его контактах за последние дни с американскими и французскими коллегами, равно как и в контактах президентов Эммануэля Макрона и Владимира Путина по теме Нагорного Карабаха явно проскальзывает уязвленное самолюбие.
Однако думается, что в данном случае мы столкнулись с проявлением своеобразной "геополитической ревности". Так, по мнению Сергея Нарышкина, директора Службы внешней разведки России, западные страны "стараются скрыть свое раздражение достигнутым при активном участии России соглашением Азербайджана и Армении о прекращении огня в Нагорном Карабахе", "раздосадованы тем, что война остановлена при посредничестве Москвы" и "не хотят мириться со сложившимся балансом сил в регионе", что, по сути, "обнулило" их многолетнюю работу по вытеснению России из Закавказья.
В связи с этим, эксперты считают, что судьба переговорного процесса будет зависеть в первую очередь от РФ и Турции. В частности, руководитель научных исследований института "Диалог цивилизаций"А.Малашенко полагает, что "есть руины Минской группы ОБСЕ, которая ничего не сделала для урегулирования конфликта", конечно, Франция и США могут активизировать свою позицию, но "только исходить им придется из новой реальности: присутствия российских миротворцев в Карабахе, победы Азербайджана и того, как будет вести себя Турция".
В свою очередь главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Ф.Лукьянов считает, что, по-прежнему полагаться только на Минскую группу ОБСЕ было бы бессмысленно, а "карабахское перемирие (а до него – военно-дипломатические манёвры вокруг Сирии и Ливии) – пример того, как в урегулировании участвуют только те, кого это напрямую касается и для кого это жизненно важно".
Действительно, в случае Нагорного Карабаха, именно, конструктивное сотрудничество двух региональных держав – России и Турции – сыграло важную роль в урегулировании конфликта. Здесь еще раз хотелось бы напомнить, что, в отличие от некоторых российских политиков и аналитиков, Президент России В.Путин в целом положительно оценивает опыт взаимодействия с Турцией и, несмотря на несовпадение позиций двух стран по некоторым вопросам, отмечает, что "с таким партнёром не просто приятно, с таким партнёром надёжно работается".
Возможно, что такое тесное партнерство России с Турцией в ряде регионов, а также сложности в отношениях Турции с США и, особенно, с Францией и есть причина негативных оценок роли Турции в регионе. В частности, руководство Франции призывает Турцию прекратить провокации в регионе и воздержаться от каких-либо действий в регионе Карабаха, которые могли бы нанести вред соглашению. Однако, если и что-то и может нанести вред урегулированию конфликта, то это односторонняя поддержка Армении, которую оказывает Франции, забывая о своей роли нейтрального посредника.
Очевидно, что нельзя, с одной стороны, говорить о необходимости "полного возобновления работы сопредседателей Минской группы ОБСЕ", а с другой, фактически поддерживать стремления армянской стороны добиваться международного признания т.н. "Нагорно-карабахской республики". В этом контексте, надо особо отметить роль многочисленной армянской диаспоры во Франции, которая, используя свои политические возможности, сегодня поддерживает требования о признании сепаратистского режима как со стороны обеих палат парламента Франции, так и мэрии Парижа.
Надо указать, что и наиболее вероятный следующий президент США Джо Байден известен тем, что часто действовал в интересах армянского лобби и в 1995-2007 годах входил в Группу по армянским делам Конгресса США, голосовал за принятие печально известной антиазербайджанской поправки №907 и за выделение американской финансовой помощи Армении и т.н. "Нагорно-Карабахской Республике" в 1992-2008 годах.
Таким образом, можно полагать, что на ревнивое отношение США и Франции к трехстороннему Заявлению кроме естественных геополитических интересов влияет и наличие армянской диаспоры в этих странах. К сожалению, оба этих фактора могут помешать армянскому социуму извлечь правильные уроки из итогов 44-х дневной войны, проигранной, в том числе, из-за переоценки геополитической значимости Армении для внешних акторов.
Остается лишь надеяться, что сегодня армянское общество будет более самокритичным, перестанет перекладывать ответственность за произошедшее, как обычно, на внешние силы, в частности на Россию, и осознает, что путь к полноценному развитию Армении лежит только через установление добрососедских отношений с Азербайджаном и Турцией. Что касается, Франции и США, то они смогут помочь Армении, если, игнорируя лоббистские усилия армянской диаспоры и невзирая на приступы геополитической ревности, реально поддержат трехстороннее Заявление, являющееся лишь первым шагом на пути к миру на Южном Кавказе.
Гюльшен Пашаева
Центр анализа международных отношений, Азербайджан
