История эта началась в декабре 2012 года, когда Следственный комитет возбудил уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере на ТоАЗе. По версии следствия, завод продавал свою продукцию по заниженной цене швейцарскому трейдеру Nitrochem Distribution AG, дочерней структуре Ameropa AG Андреаса Циви, который также владеет более 20% акций ТоАЗа. Уже месяц спустя тогдашний гендиректор ЗАО "Корпорация Тольяттиазот" Евгений Королев отбыл в Лондон в служебную командировку, откуда он не вернулся и по сей день.
Позднее были обнаружены факты вывода из ТоАЗа наиболее ликвидных активов – метанольного производства вместе с земельным участком, на котором оно расположено, что повлекло за собой обвинения Королева в злоупотреблении полномочиями. В декабре 2014 года суд заочно арестовал его, а заодно теперь уже бывшего председателя совета директоров "Тольяттиазота" Сергея Махлая, совладельца Владимира Махлая, Андреаса Циви и директора Nitrochem Беата Рупрехта.
В этом году масштабное расследование уголовного дела, наконец, завершилось. Следователи установили, что в результате мошеннических действий руководства предприятию и его акционерам был нанесен суммарный ущерб в 85 миллиардов рублей. Другой потерпевшей стороной признано российское государство, лишившееся более двух миллиардов рублей налогов.
Обвиняемые всячески пытаются затянуть срок знакомства с материалами дела, хотя после всех уже состоявшихся в рамках дела процессах они им отлично известны. Возможно, таким путем находящиеся за границей фигуранты пытаются уйти от уголовной ответственности, дождавшись истечения срока давности, предполагает издание InterRight. Ведь с самого начала расследования адвокаты обвиняемых избрали тактику оспаривания каждого следственного действия. К моменту окончания расследования таких процессов накопилось несколько десятков, и в каждом случае суд полностью подтвердил правоту следственных органов.
Между тем один из главных обвиняемых – Евгений Королев – успел за время расследования прикрыться статусом политического беженца, ему удалось получить его в Великобритании. Представляющие его в России адвокаты утверждают, что их клиенту якобы незаконно ограничивают срок ознакомления с материалами.
Интересно, что при этом на заседании Магистратского суда Вестминстера (аналог мирового суда в России) по запросу об экстрадиции Королева на родину, он указал, что, занимая должность единоличного исполнительного органа "Тольяттиазота", он подписывал контракты на поставку продукции ОАО "Тольяттиазот", дополнительные соглашения к ним, а также иные товарно-сопроводительные документы, которые были изъяты во время обыска на заводе в 2013 году.
Получается, что Королеву прекрасно известно содержание всех корпоративных документов, подлежащих обязательному раскрытию. Это и годовые отчеты, и списки аффилированных лиц, и документы, касающиеся общих собраний акционеров и Совета директоров "Тольяттиазота". Параллельно с руководством "Тольяттиазотом" Королев руководил и регистратором, ведущим реестр его акционеров, из которого таинственным образом пропадали миноритарные акционеры.
В итоге вестминстерский суд принял решение, в котором указал – Мосгорсуд, и в частности, судья Егорова, известны тем, что принимают решения в соответствии с желаниями стороны обвинения и заинтересованных политических сторон. В решении говорилось и о так называемом "басманном правосудии". Это выражение очень любят использовать российские и западные либералы. В этой связи вызывает легкое недоумение стремление адвокатов "Тольяттиазота" искать справедливости именно в Мосгорсуде.
Не исключено, что у адвокатов Королева и у него самого есть два набора доказательств. В суде Лондона они были на сто процентов осведомлены и прекрасно знакомы с материалами дела, а в России сразу забывают все документы и резко меняют риторику. Напрашивается вывод, что деятельность защиты руководства завода преследует одну цель – избежать рассмотрения дела по существу, но едва ли Мосгорсуд поверит забывчивому политическому беженцу из Лондона.
