При более внимательном анализе активности Браудера в среде американского политического истеблишмента выясняется ряд весьма и весьма интересных фактов относительно прямого финансирования руководителем фонда Hermitage Capitals деятельности специализированных фирм, помогавших в принятии так называемого акта Магнитского. В этой связи, напоминает социолог Илья Ухов, неприятности Браудера начались задолго до смерти Сергея Магнитского в "Матросской Тишине". А само дело против Hermitage и вовсе тянется с 2004 года, когда российские правоохранительные органы начали расследование работы фонда в Калмыкии, что, учитывая статус республики как внутрироссийского офшора, позволило Браудеру вывести из-под налогообложения миллиарды рублей.
"Магнитский же, чья смерть была Браудеру крайне выгодна, как с имиджевой, так и с чисто процессуальной точки зрения (поскольку он мог начать давать показания против своего шефа), вовсе не был никаким "юристом", а всего лишь бухгалтером, которого Браудер оставил в России, как говорится, "подчищать хвосты", – цитирует "Взгляд" эксперта. Он предлагает проанализировать финансовые потоки, вливаемые Браудером в продвижение акта Магнитского на основе только фактов из открытых источников.
Согласно американскому законодательству, напоминает социолог, для осуществления лоббистской деятельности в Конгрессе США нужно декларировать сумму и цели финансовых поступлений, направляемых на продвижение тех или иных инициатив. "Благодаря этому мы узнали о том, что фонд Браудера Hermitage Capitals, начиная с 2009 года, переводил средства на лоббирование своих интересов фирме Ashcroft group, принадлежащей бывшему генпрокурору США республиканцу Джону Эшкрофту", – констатирует Ухов.
В 2009 году было переведено 7 394 доллара, в качестве цели было указано, что "Hermitage стремится к прозрачности по вопросам отношений с Россией". С годами поток финансирования только возрастал, в 2012 году от Hermitage Capitals было переведено 10 000 долларов, цель лоббистской деятельности все та же – "Hermitage стремится к прозрачности по вопросам отношений с Россией". И вот, отмечает эксперт, уже в 2013 году фонд Hermitage произвел четыре транша по 26 000, 30 000, 10 000 и 10 000 долларов. В раскрытых данных на сайте Конгресса недвусмысленно указывается цель всего этого финансирования – акт Магнитского. В документах, к которым обращается социолог, прямо указано, что "клиент является иностранным юридическим лицом, заинтересованным в прохождении через законодательный орган акта Магнитского.
"Нужно понимать, как работает лоббистская машина в Соединенных Штатах. В качестве клиента вы приходите в фирму, платите деньги, и вам выделяют специального юриста-лоббиста, который уже дальше работает над вашим "кейсом" в среде сенаторов и конгрессменов. В случае с Ashcroft group таким лоббистом была Джулианна Гловер", – пишет эксперт, отмечая, что чем дальше, тем все более интересные имена начинают всплывать среди лоббистов, нанятых Браудером для продвижения своей повестки в американском Конгрессе.
Как оказалось, руководитель Hermitage пользовался услугами еще одной компании – APCO Worldwide. Владельцем и создателем компании является Марджери Краус, которая фигурировала в ряде российских СМИ как пиар-консультант Михаила Ходорковского и группы МЕНАТЕП. Краус также входит в попечительский совет организации Павла Ходорковского "Институт современной России". Среди исполнителей подряда Браудера – ни много ни мало, а Джонатан Винер, бывший помощник занимавшего тогда пост сенатора Джона Керри. Работал на интересы Браудера и некий Джон Грегори, в карьерном профайле которого указано, что он занимался продвижением интересов Group MENATEP.
Какие же выводы можно сделать из приведенных данных? "Во-первых, имеются неопровержимые данные активного финансирования Браудером принятия акта Магнитского, на что регулярно перечислялись довольно существенные средства. Причем цифры, указанные в статье, – это только то, что я нашел в свободном доступе, иными словами, не факт, что суммы денежной подпитки лоббистов не были еще больше", – пишет Илья Ухов.
"Во-вторых, из анализа персоналий, которые вовлечены в лоббистскую сеть Браудера, становится понятна довольно тесная его связь с такими знаковыми для либеральной оппозиции людьми, как Ходорковский. И Браудер, и Ходорковский, попросту говоря, пользуются услугами одних и тех же людей в Вашингтоне, с примерно одной и той же повесткой, – отмечает эксперт. – И опять-таки в подобного рода совпадения верится с большим и большим трудом. В США сотни лоббистских фирм и тысячи юристов, занимающихся этой деятельностью в федеральных органах власти США, а Браудер и Ходорковский почему-то выбирают одних и тех же специалистов".
Мало того, подчеркивает социолог, они, как Марджери Краус, прямо входят в руководство структур Ходорковского, что лишний раз подтверждает тесное сращивание и вполне вероятное финансирование основателем Hermitage не только своих усилий по акту Магнитского, но и российской оппозиции как таковой. "Ведь помимо контактов по линии Михаила Ходорковского, как теперь уже стало понятно из материалов, представленных в фильме "Эффект Браудера" и взломанной переписки Натальи Пелевиной, Браудер, судя по всему, финансировал и известного оппозиционера Алексея Навального", – заключает автор статьи.
В контексте принятия акта Магнитского это сотрудничество, если не сказать больше, выглядит наиболее выпукло, отмечает Ухов, поскольку четко видно, как параллельно с выделением средств на лоббизм в Конгрессе Браудер дает задания Навальному для "подсветки" информационной кампании уже внутри России. "Причем работа блогера-"антикоррупционера" на Браудера и стоящие за ним иностранные структуры была настолько активной, что вызывала у его коллег и соратников зависть и желание самим откусить от браудеровского "пирога", – констатирует эксперт. – Все это в совокупности позволяет утверждать, что имеет место функционирование широко внедрившийся в российское политическое поле агентурно-политической сети влияния, основанной на деньги Браудера, и "висящих" на его финансировании ключевых деятелей российской оппозиции, которые напрямую выполняют заказ иностранных субъектов по дестабилизации социально-политической ситуации в России".
