Напомним, что 56-летняя крестная мать сына Никиты Джигурды была найдена мертвой в собственном доме, а из особняка бизнесвумен пропали деньги, завещание и драгоценности. В эксклюзивном интервью Super 54-летний актер рассказал о своих подозрениях и сложной судьбе некогда успешной предпринимательницы.
Что случилось с крестной Вашего сына?
Ее убил собственный водитель Дмитрий Куронов. Насильственная смерть – у нее проломлен череп. Мы знали, что он собирался на ней фиктивно жениться. Он пытал ее, колол ей наркотики, но в это никто не верил. К тому же из дома пропали ее завещание на крестников, деньги – около девяти миллионов долларов, бриллианты. К ее смерти причастна и ее сестра – у нее ни детей, ни родственников больше нет. Людмила перед следователем называла ее воровкой. Насколько мне известно, они ее убивали потихоньку, а мы с Мариной все выяснили только под Новый год и пытались вылечить ее. У нее был личный самолет, она крутая и известная тетка была, ее в правительстве знают. Кроме того, у этого водителя были ключи от всех сейфов.
Она погибла в собственном доме?
Да. Нашли ее дома. Мы возили ее в клинику каждые девять дней – капельницы ставить от отравы, которую колол ей ее водитель. Я показывал ее заявление, которое она написала на него 12 января, с просьбой оградить ее от бывшего водителя, потому что он угрожает ее жизни. Она говорила нам, что он дает ей таблетки, от которых становится плохо, колол периодически ей наркотики.
В каких отношениях они были?
Она говорила мне, что она никогда с ним не спала. Он ею манипулировал, колол дешевый китайский наркотик и давал водку и вино. Из-за наркотиков у нее даже срывались контракты – они должны были открывать школу в Греции, но из-за ее состояния этого так и не получилось сделать. Я в полиции говорил, что он убивает ее, а доказательств не было. Она рассказывала мне все это в абсолютно изведенном состоянии, а когда к ней приходили гости, она рассказывала, какой он хороший, – видимо, боялась.
Почему она доверилась ему?
Он работал с ней 11 лет.
Его задержали по подозрению в убийстве?
Я написал заявление, что он – убийца, а сестра – сообщница. Когда мы потеряли с ней связь в день смерти, мы позвонили ему, а он ответил, что возит ее по больницам. В то время Людмила уже была мертва. У меня есть видео, как у ее дома я нашел шприц, у меня есть ее заявление. Я показывал полиции, но они говорят, что это не подойдет, потому что написано не по форме. Водитель и ее сестра хотели забрать ее тело и увезти в Белоруссию и там кремировать, чтобы доказательств не нашли.
