"Я знаю, что за все лечение Жанны деньги уплачены. Единственное – не уплачено за майамскую клинику 104 тысячи долларов. Эти деньги висят на мне, я должен за них платить. Но это никак не касается Русфонда. Моя семья лечила дочку на свои деньги! Все на свои деньги!" – сообщил Владимир Фриске.
По словам отца певицы, вначале за лечение платил ее гражданский супруг, телеведущий Дмитрий Шепелев, у которого была карта Русфонда. "Только в мае он нам ее отдал. С этого момента я больше ему карточки не давал. Но главное – на всех карточках Жанны уже было мало денег. Он все потратил", – сообщил он.
Затем Владимир Борисович заявил, что его семья вообще не имеет отношения к договору с Русфондом. "Я, жена моя, моя дочка – мы никогда не были в Русфонде. Мы никогда не подписывали никаких документов с Русфондом. Мы и не знали, что деньги Русфонд для Жанны собирает, потом только узнали. Мы купили лекарства, все, что нужно. Но смаковать, что якобы я украл или что – не надо! Я тратил личные деньги, а не Русфонда. Я вас уверяю, что если бы Русфонд нам с женой сказал: вот вам деньги или вот мы вам переводим на счет деньги на лечение дочери, и вы должны за эти деньги отчитаться – поверьте, даже и разговоров бы не было. Конечно, мы бы за них сразу же отчитались", – цитирует отцы певицы сайт "Комсомольская правда".
У него есть свои претензии к организации. "Деньги Русфонд собрал в феврале 2014 года, но почему-то на счет Жанны перевел только в октябре. Где были девять месяцев деньги, которые они собрали? Где они аккумулировались? И каким-то образом – каким, еще надо узнать – Шепелев уговорил Русфонд где-то держать эти деньги. И вместо 69 собранных миллионов в итоге оказалось 25 миллионов. Жанна болела. Что она могла понимать?" – задал риторический вопрос отец исполнительницы.
Он усомнился в подлинности подписи Жанны в момент подписания договора с Русфондом. "Мне сказали, что все документы с Русфондом подписывала Жанна. Подпись ставил в документах больной человек с четвертой стадией рака головного мозга, который не отдавал себе отчета, что он делает, не знал вообще, где он находится. Как она могла подписывать, если она даже в очках не могла смотреть, она слепла, у нее специальный бинокль был! Говорят, что якобы документы подписывал мой больной ребенок Жанна, недееспособный фактически, которую Шепелев каким-то образом туда к ним возил! Вы уверены, что вообще это Жанна все это подписывала? Я, например, не уверен. Потому что тогда она уже почти не видела. Ей две лупы специальные надевались на глаза, чтобы она что-то видела. А к Новому году она вообще ничего не видела", – объяснил Фриске.
Владимир Борисович подчеркнул, что узнал о сотрудничестве с Русфондом только после Нового года. "И в это же время Шепелев без нашего ведома выписал ее из нашей квартиры. И в это же время он у нее просил руки и сердца, чтобы ее с ним расписали. Вот и делайте выводы", – резюмировал отец Жанны.
Он полностью открестился от связи с Русфондом. "С меня потребовали за 2,5 месяца отчитаться за 21 миллион рублей. Меня, человека, который ни договор этот не видел, ни в Русфонде не был, и вообще не знал, что это такое. За помощью обращался к людям Шепелев через "Первый канал"! Есть видео с его обращением. Я в Русфонд за помощью не обращался. Мы только в январе узнали, что Русфонд положил деньги на счет Жанны. С какой целью это было сделано, мы не знаем – нашей подписи в документах о том, что мы должны были хранить эти деньги или за них отчитываться, нигде нет", – заявил Владимир Борисович.
