- А что касается самоцензуры, то, по-моему, это слово не совсем применимо к людям которые стоят у руля в средствах массовой информации. Эмоционально меня коробит от слова "самоцензура", когда речь заходит именно о руководителях СМИ. Я лично, скорее, когда речь заходит о самоцензуре, думаю о рядовом журналисте. Корреспондент, репортер, обозреватель, комментатор, человек который пишет заметку или сочиняет закадровый текст репортажа на телевидении или на радио – вот кто может заболеть этой болезнью. Когда человек боится лишний раз о чем-то сказать прямо – это неспроста. Он знает, что люди, которые работали в некоторых СМИ, остались без работы и до сих пор работы найти не могут. Например, до сих пор не находят себе применения по своей прямой профессии некоторые сотрудники бывшего НТВ, того самого, старого, которые ушли оттуда в знак протеста, перешли затем на ТВ-6 , на ТВС, а оттуда были выброшены на улицу. Они нигде не могут найти работу – ни на ТВ, ни в СМИ вообще. Глядя на них, рядовые журналисты побаиваются лишний раз назвать вещи своими именами. А что касается руководителей – то я, представляя себе примерно уровень их дохода, уровень благ и возможностей, которые есть у иного генерального директора или председателя – думаю, что там уже речь идет о прагматичном и циничном выборе. Это же касается не только первых лиц, руководителей крупных телеканалов, я не хочу называть имен и фамилий. Я однажды был свидетелем тому, как один известный журналист весной 2001 года, когда кипели страсти вокруг НТВ, когда шли митинги и забастовки, много говорил. Он, человек известный, тогда очень много выступал и был на стороне тех, кто считал, что нужно остаться на НТВ вне зависимости от того, кто и как будет руководить и владеть им. Он просто рвал на себе рубашку и говорил красивые речи, а в кулуарах пел совсем другое: "Наплевать мне на это, я слишком много денег вложил в свою квартиру, чтобы ею теперь рисковать". Спешу предупредить – не подумайте ни в коем случае, что я говорю о Леониде Парфенове, это не он. Это один известный репортер. - Всегда находятся люди, у которых одна позиция для публики, вторая "для внутреннего пользования". Но если говорить о журналистском цехе в целом? - В цехе в целом все возможно. Что было в Украине? До какого-то момента и журналисты, и руководители жили по правилам, похожим на современные российские. "Не высовываться". Впрочем, как бы "отматывая назад" наш разговор, я сам себя поймал на внутреннем противоречии. Да, есть самоцензура страха, свойственная "маленькому человеку", начинающему, не "оперившемуся", не вставшему на ноги в профессиональном и личном смысле. Такому человеку страшно остаться на улице, без профессии – это относится к простым журналистам. Но то, что происходит у первых руководителей - это тоже страх: им грозит потеря привилегий, зарплаты (правда куда большей по масштабам), служебного лимузина и машины сопровождения, охраны. Тоже начинается самоцензура. Но измениться может все. Украина тому пример. Там тоже терпели, терпели, терпели. Но когда терпеть стало просто неприлично – покаялись и стали работать так, как полагается. Работать так, как некогда считалось хорошим тоном работать на любом российском канале, как считалось порядочным в любой российской газете или журнале, без фигур умолчания, без запретных тем, без манипуляции информацией. Самое страшное – это ведь именно манипулировать информацией. Когда с экрана льется откровенная пропаганда, когда о чем-то вообще не сообщается, или сообщают только полправды, суррогат правды, упакованный в форму внешней объективности - вот что страшно. Если вспомнить, кто совершил революцию в СМИ В СССР, когда было "разрешено" ее начать? Просто пришла команда сверху: "можно начать писать и говорить, можно показывать материалы на прежде запретные темы. А потом вообще отменили цензуру… Началось это все в конце 1986 года, на втором году пребывания Михаила Сергеевича Горбачева у власти. Так что не боги горшки обжигают. Движение в направлении гласности и свободы слова начали люди, которые годами работали в абсолютно сервильной подцензурной советской журналистике. И им не нужно было проходить специальные курсы на BBC или в американских Time или Newsweek. Я помню, как в конце 80-х годов завязывались первые контакты с иностранными коллегами, и они ощущали себя какими-то "культуртрегерами", вели себя так: "вы тут в России бедные папуасы, а мы придем и всему вас научим". А тут и без них люди прекрасно понимали - как надо, и за несколько лет российские средства массовой информации стали СМИ мирового уровня. "КоммерсантЪ", или газета "Ведомости", или – да будет мне позволено это сказать – "Московские новости". С точки зрения уровня журналистики они ничем не уступают лучшим западным образцам. С точки зрения качества производства информационных программ мы не уступаем ни Англии, ни Франции, ни Америке. Другое дело, что наши каналы победнее, и там, где российскому каналу удается иметь две камеры и один "флай- эуэй", у них есть пять камер, и больше тарелок для прямых включений. - Технологически мы не уступаем. Но порой от телевизора начинает тошнить. Причесанные новости сменяются бесконечными сериалами и программами на криминальную тему. Такое ощущение, что мы живем в стране бандитов и "ментов".
- Я тут и сам удивился, услышав в эфире одной популярной радиостанции "песню оперуполномоченного". В начале 90-х в моде была песенка Алены Апиной "Бухгалтер", где лирическая героиня певицы, девушка из предместья, Ксюша, юбочка из плюша - русая коса, мечтала о хорошем женихе. Впервые, это было знаком времени, завидным женихом оказался бухгалтер, финансист, страна входила в рынок. Сейчас та же песня поется про оперуполномоченного. Страна входит их капитализма в "чекизм". Это я к тому, что время у нас такое. Оперуполномоченные в моде. И плюс к тому - не мы это придумали. Криминальная хроника – это универсальное оружие, и на Западе такие программы, документальные или художественные сериалы, новости о скандальных происшествиях собирают большую аудиторию, имеют высокий рейтинг. Но у нас это просто вызывает оторопь. Смотришь и видишь - кроме этого каналам просто нечего предложить аудитории. Это безответственность руководителей каналов. Каким бы ни было коммерческим телевидение, но нужно отвечать за то, что ты показываешь. Это касается не только того, что страна начинает выглядеть страной ментов и бандитов. Она превращается в страну дебилов, которые смотрят с утра до вечера слушают отвратительные шутки. На том свете, в аду, если ждет там людей за их грехи наказание, руководителей тех каналов, которые показывает всех этих "юмористов", (ох, совсем другое слово просится на язык), посадят перед телевизором, который будет бесконечно показывать им Елену Степаненко, Петросяна и Дубовицкую. У руководителей каналов, которые насаждают эту пошлость, в частной жизни достаточно изысканные вкусы по части литературы, кино, телевидения. И сами они этого не смотрят. У них ведь имеются спутниковые "тарелки". Думаю, это было бы достойным наказанием за то, что они делают с несчастным российским телезрителем. - Телевизор зачастую омерзителен, радио – лучше бы молчало…Остается Интернет – иная культура, более качественная и непредвзятая информация, возможность для дискуссии, наконец! Из радиостанций осталась только "Эхо Москвы". Множество людей слушают только его, у них шкала на приемнике раз и навсегда поставлена на его частоту. А вот Интернет – это большая надежда. Там можно жить целыми днями, там много всего, и есть место всему. Интернет становится, как мне кажется последние два три года, очень важным образующим элементом общественного мнения. Если еще лет пять назад он был вспомогательным, то теперь он на глазах начинает все больше занимать людей, все больше и больше людей получают информацию прежде всего оттуда. К нему поворачивается все больше и больше людей моего возраста и старше. А о молодежи и говорить не надо – для нее это просто основной источник информации, своеобразная "среда обитания". Да, этот формат будет легко перенести на ТВ. Сам Интернет скоро станет носителем телевидения. Если зайти на сайт newsru.com, то там уже сегодня есть возможность смотреть программы того самого телевидения, которое производится последними людьми, оставшимися на пепелище "Медиа-Моста". Слава Богу, Интернет так устроен, что стране нужно превратиться в Северную Корею, чтобы власти смогли его контролировать. Попытки такие есть, но я не думаю, что это реально. Наша власть по три дня штурмует жилой дом то в Махачкале, то в Нальчике, а под конец штурм заканчивается вызовом танков (почему бы с этого не начинать?). Проявляя такие чудеса изобретательности и организованности, дисциплины и порядка она, к счастью, никогда не сможет по определению контролировать Сеть. Интернет – это надежда страны на будущее, на объективную информацию. - Когда-то в Польше, в 1980 году, во время показа по национальному каналу официальных новостей люди шли гулять с собачками в парки. Это время так и называлось: "Час для прогулки с собакой". Не ждет ли и наше телевидение нечто подобное? - Я думаю, что уже многие выходят в девять вечера на улицу, чтобы не расстраиваться. Но я не хочу грешить, стремлюсь быть объективным – время от времени нам показывают неплохие фильмы. Например, я считаю, что сериал "Улицы Разбитых Фонарей" был сделан талантливо. Это ведь не детектив - это мыльная опера, где дело не в преступлениях, а в отношениях, жизненных коллизиях, приключениях милых ребят, которые были списаны с жизни. Под руководством покойного продюсера Капицы это сделали талантливо, и также, надо отметить, был сделан талантливо, хотя при явно порочной идеологии, сериал "Бригада". Так же можно было с удовольствием смотреть "Штрафбат", не знаю уж, насколько показанное там соответствует исторической правде, но как кино – это сделано талантливо. Прекрасный был сериал по мотивам автобиографической книги Петра Тодоровского "Курсанты". Это тоже было хорошо. Меня удивляет - как происходит, что одной рукой телевизионные начальники насаждают цензуру и заставляют своих клевретов петь осанну нынешнему режиму, а другой показывают такое кино, как "Курсанты", "Штрафбат", "Дети Арбата", "Московскую сагу", где, в общем, вывод делается однозначный – самые скверные люди в нашей стране – чекисты, причем во все времена. Я думаю, что они так "прокладываются", обеспечивают себе тыл для отступления. Рано или поздно власть поменяется. Рано или поздно. За это время кого-то выдавят из России в эмиграцию, кого-то убьют, посадят, но, как говорится, "всех не перевешаешь", и наступит очередная оттепель. И какой-нибудь нынешний теле-начальник будет уже пожилым человеком, и неприятно будет ему слушать правду о себе. Не всем дано, как Сергею Михалкову, дожить до того дня, когда ты опять будешь востребован, когда тебя снова будет обнимать руководитель партии и правительства. И я думаю, что многим совершенно не хочется провести последние годы жизни так, как это приходилось некоторым, развенчанным во времена нашей последней оттепели. Вот и готовятся. Потом скажут: "С новостями ничего не поделать было нельзя, за спиной стояли злобные чекисты с револьверами. Но зато долгими зимними ночами, в свободное время от установления в стране подцензурного телевидения, пустых новостей и лживой аналитики, мы в иносказательной форме, "эзоповым языком" несли людям правду"… - Телевидение – не просто СМИ, это ведь и часть нашей жизни. Если нам не нравится телевизор – то значит, во многом нас не устраивает, как мы живем… - Совершенно верно. И очень жаль, что многие не понимают, что их рейтинги могут упасть уже потому, что людям однажды до смерти надоест скучное и не вызывающее доверия телевидение! Материал подготовил Андрей Цунский
