Малахов вреден для здоровья

Солнечное утро понедельника: цветущие тюльпаны на газонах, поющие птицы, дети, спешащие в школу - все это не навевает никаких мыслей о шоу-бизнесе. Сейчас трудно представить себе сумрак зимнего московского утра, о котором я хотела вам рассказать, чтобы на контрасте мы все вместе улыбнулись тому, какими мимолетными и незначительными оказываются наши большие несчастья и карьерные падения. Смеяться над самими собой будем с теледеятелями Татьяной Лазаревой и Андреем Малаховым.

Итак, в то хмурое зимнее утро я была на седьмом небе от счастья. Стоял дикий мороз (кажется, это был самый холодный день в году), но я все равно сияла – мне предстояло интервью с телеведущей Татьяной Лазаревой, которую я заочно безумно любила, конечно, творческой любовью. Я составила список из двадцати вопросов. Блокнот и диктофон (аккумуляторы к нему заряжались всю ночь) лежали в сумке. Мысленно пожелав себе "ни пуха" и ответив "к черту", я вышла на ледяную улицу. Автомобиля у меня нет, и этот факт я тут же прокляла. Холодно было так, что можно было забыть свое имя… Но я помнила направление и цель своего движения и эта мысль меня грела. Разговор с Татьяной Лазаревой для читателей Дней.Ру! После года переговоров я добилась этой встречи и ликовала – вот в каком настроении я приехала на станцию метро Чеховская и отправилась на Патриаршие пруды. В этом районе находится офис Татьяны, где должна была состояться встреча. Идти не больше четверти часа, но эти минуты показались мне бесконечностью. Когда я нашла нужный адрес, пальцы на моих руках практически не двигались от холода, лицевые мышцы тоже вели себя странно – я не могла проговорить некоторые звуки. Звоню секретарю Татьяны – неверно набран номер. После пятой попытки дозвониться секретарю набираю номер звезды. Оказывается, что секретарь заболела и телеведущая просит меня подождать ее в кафе неподалеку. Отправляюсь куда сказано, усаживаюсь в кресло у окна и заказываю горячий чай, конечно же. После 20 минут ожидания я понимаю, что до сих пор не согрелась и меня все также трясет. Это не предвещает ничего хорошего… Но вот приходит Татьяна. Она очень по-деловому отказывается пересесть за более уютный столик, быстро заказывает воду и драники, а я достаю диктофон. И диктофон не включается. Я судорожно жму на все малюсенькие кнопки цифрового чудовища – результата ноль. Лазарева видит, что что-то не так и сразу же сообщает, что под запись разговаривать не будет. Мир перед моими глазами разлетается на миллионы пикселей. И уже как-то издалека я слышу, что отняла у звезды ее драгоценное время, и свой голос, что мое время тоже драгоценно… Через секунду Татьяна выходит из кафе (она предложила мне позвонить ей и все же сделать интервью), а по моим щекам текут крокодиловы слезы. Официанты старательно делают вид, что меня нет, но от этого видно, что они буравят меня боковым зрением. Я безнадежно берусь за диктофон – он включается, он согрелся! Еще полчаса истерики в туалете, и я с позором еду в редакцию. Это, пожалуй, была моя самая мощная карьерная неудача за всю зиму. А весной у меня случилось самое сильное карьерное разочарование. Связано оно, как можно догадаться из заголовка, с передачей Андрея Малахова. При этом лично Андрей к моим злоключениям отношения практически не имеет. Хотя, это с какой стороны посмотреть… Я была приглашена на съемки шоу Малахова "Пусть говорят". Честно сказать, мне это приглашение польстило – требовалось рассказать телезрителям о своей журналистской удаче, поведать, как Роберто Лоретти (в детстве он был всемирно известен как Робертино) признался мне, что у него в России есть ребенок, которого он никогда не видел. Но для того, чтобы попасть на съемки, нужно было выезжать с работы в два часа дня. Покидать редакцию в это время равняется для меня полному срыву рабочего дня. Поэтому поводу мне в качестве компенсации был предложен скромный гонорар. Раз так, то я согласилась, конечно. А перед этим выдала редактору из команды Малахова все московские контакты Лоретти, которыми владела. С певцом предполагался телемост. Позже меня уверили, что мои телефоны просто спасли программу. В два часа дня меня на такси вывезли с работы. В телецентре я прошла в гримерную и просидела там до начала шоу. Потом была запись программы, во время которой Андрей Малахов, казалось, сильно нервничал. Переводчик с итальянского не очень хорошо справлялся со своей задачей во время телемоста с Лоретти, и это выводило телеведущего из себя. Обстановка в студии была накалена. Зрители сбились с толку: не понимали, когда хлопать, когда не хлопать и старались не двигаться, чтоб ненароком не обратить на себя внимание шоу-мена. Мне было невыносимо скучно, а во многие моменты даже неприятно находиться в студии. Я удивлялась тому, что Андрей все время обращается к итальянцу "Робертино", хотя он уже давно повзрослел и превратился в Роберто. Это все равно, что Малахова все кругом называли бы Андрюшей. Я была разочарована тем, как раскрываются ситуации героев программы, ругала себя, что согласилась приехать. Съемки затянулись до семи часов вечера, гости и зрители невероятно устали… И в довершение всего меня никто ни о чем не спросил. То есть, вместо того, чтобы искать для вас информацию, я поработала моргающей головой в шоу у Малахова. Не очень хорошее применение для моего творческого потенциала. Я была в шоке и ждала извинений от редактора, который меня притащил в студию. Мне даже не позвонили, не то, чтобы проследить, что я покинула телецентр. Я позвонила сама, и не раз, и не три. В телецентре, знаете ли, толстые стены, поэтому очень плохая телефонная связь. В итоге я услышала обещание "перезвоню, как только выйду из лифта". После этого можно было смело класть телефон обратно в сумку и быть уверенной, что никто не перезвонит. Как это и было. Не знаю, как у команды "Пусть говорят", а у меня после этой пытки весь вечер жутко болела голова. Решив для себя, что Малахов и его передача вредны для моего здоровья, я искренне пожалела телеведущего. Ведь вот он лично по сути ничего мне плохого не сделал, а тень негатива от того, что произошло, легла и на него. И еще сложилось впечатление, что его команда совсем не бережет репутацию своего телеведущего и программы, раз поступает так с журналистами. А, может, я не права? Может, такое поведение в порядке вещей, а я просто капризничаю? Как бы то ни было, надеюсь, вы улыбнетесь моим злосчастьям, и с вами ничего подобного не случится. Кстати, после подобных жизненных казусов со мной обычно происходят очень приятные вещи. Так что это еще как посмотреть, неприятности это или же наоборот.