Невероятная любовь певицы Лаймы Вайкуле к собакам ни для кого не секрет. Однако самую первую и любимую свою питомицу артистка спасти не сумела. Об этой трагической истории она помнит до сих пор, и многие считают: заботой о других собаках Вайкуле пытается замолить свой старый грех. По словам Лаймы, сейчас она снова перечитывает Библию. "Там говорится, что в каждом животном, насекомом есть дух, а человек живет только для того, чтобы управлять, владеть всем этим, но ни в коем случае не убивать их и не мучить, - объясняет свою точку зрения певица. - Я всегда любила животных, но никогда раньше не относилась к ним с такой бешеной любовью. Это сейчас я стала их понимать".
Но кто-то все равно ищет корни привязанности Вайкуле к собакам в трагической истории, случившейся с первой питомицей певицы, пишет "Московский комсомолец". Собаку пришлось усыпить, причем с разрешения звездной хозяйки. "Моя первая собака Кэнди влюбила меня во все живое, - начала свой рассказ Вайкуле. - Это был ротвейлер. Кроме меня, дома ее никто не хотел, поэтому я с ней не расставалась. Мы больше года ездили вместе на гастроли. Она у меня летала на самолетах, вертолетах, ездила на поездах, в машинах. Как мать может познать своего ребенка, с которым не расстается никогда, так же происходит и с любым животным. Если вы с ним каждую секунду вместе, вы начинаете понимать друг друга. Мне не надо было орать Кэнди: "К ноге!" Нужно было просто поманить пальчиком, и она понимала, что нужно подойти. У нас было именно такое взаимопонимание".
Однако не все в отношения питомицы и хозяйки было так гладко. Сейчас певица корит себя, что выбрала щенка, совершенно не разбираясь в собаках. "Мы в ответе за тех, кого приручили, - повторяет старую истину артистка. - А так как я мало понимала тогда в собаках, в выборе породы ошиблась. Если вы хотите спокойную собаку, тем более первую в жизни, выбирайте в стаде самую ленивую. А я выбрала ту, которая пошла по головам в мою сторону. Никогда не забуду, как она, будучи полуторамесячным щенком, билась лбом о сеточный загончик. Свободы ей было мало! Это была потрясающая собака, но при этом — полный псих. Первый раз она укусила по-настоящему, до крови, в этом возрасте. И продолжала кусаться всю свою жизнь. Почему-то она невзлюбила маму и постоянно ее кусала. Каждый раз я просила у мамы прощения. Каждый раз мама прощала, а я говорила Кэнди, что мне придется ее усыпить, если она будет продолжать кусаться. И собака понимала, жавшись к моим ногам".
Все закончилось трагедией, которую Лайма Вайкуле до сих пор называет своей личной катастрофой. "В последний раз, когда она стащила маму со стула и принялась драть, я летела на гастроли, - рассказала певица. - Она со мной к тому времени уже не ездила, стала злюкой настоящей, я за нее уже была не в силах отвечать: Кэнди могла накинуться на людей в поезде, в самолете. Так вот, меня по телефону спросили: если вся семья решит ее усыпить, буду ли я против? Мне пришлось переложить ответственность на плечи семьи, ответив, что они имеют право решить сами. Я была уверена, что в моей семье нет человека, который с легкостью усыпит собаку. Я надеялась, что они этого не сделают. Как только мы приземлились, я тут же дозвонилась до доктора, чтобы отменить операцию, но доктор с упреком в голосе ответил мне: "Поздно! Это уже случилось". Наверное, это была одна из самых страшных минут в моей жизни! Катастрофа!" "После этого я долгое время не любила всех своих домашних, - продолжает свой печальный рассказ певица. - И это ужасно. Я не хотела их видеть. Месяц не приезжала домой, чтобы не показать, не дай Бог, кому-нибудь из них, что я их виню. Виновата была только я. И через два месяца я купила собаку — американского бульдога Ферри. Как сейчас помню, никто из моих не смотрел на нее. Только сестра через плечо глянула. Но через несколько дней собака уже была любимицей. Потом появился Джинджер. Один пес не мог заменить Кэнди, поэтому купила сразу двух. А моя мама сказала, что никогда в жизни не думала, что сможет так любить собаку, как Джинджера. С Ферри и Джинджером я поняла, что собаки могут ревновать, что они могут быть верными друг другу. Я увидела в своей семье, как Джинджер предан Ферри. Он чемпион Латвии, но он никогда не хотел никакой другой девочки, кроме Ферри. Больше того, он не хотел ни одной "невесты", которых нам приводили. У них абсолютно все те чувства, что и у человека. Просто они более наивные и более открытые. У нас в семье еще осталась их дочка. Как у Петрарки была возлюбленная Лаура, так и с нами осталось такое же дитя любви по имени Лаура. Теперь у меня три собаки".
