Народный артист РСФСР, создатель единственного в мире Театра кошек Юрий Куклачев для миллионов зрителей по всему миру всегда казался воплощением абсолютной доброты, сказочного уюта и мягкости. Образ чудаковатого клоуна в ярком колпаке, окруженного десятками мурлыкающих пушистых питомцев, стал визитной карточкой артиста. Однако за кулисами семейной жизни великого дрессировщика царили порядки, способные на первый взгляд вызвать оторопь у неподготовленного обывателя.
Неожиданную правду о том, что творилось за закрытыми дверями дома знаменитости, раскрыл его старший сын Дмитрий Куклачев. В откровенной беседе с телеведущей Туттой Ларсен в рамках проекта "Нетленка" на канале "Абзац" артист признался: прославленный родитель практически дрессировал наследников как животных, перенеся профессиональные цирковые повадки прямо в детскую комнату.
"Отец нас воспитывал всегда всех — и меня, и брата, и сестру — как кошек. Он никогда не давил своим мнением. То есть он говорил, но не настаивал ни на чем, не давил. И это одно из его уникальных качеств как воспитателя. Вот это умение мягко направить. Это очень важно", — ошарашил признанием Дмитрий.
Любой профессионал манежа знает: кошку, в отличие от собаки, невозможно подчинить грубой силой, запугать окриком или заставить выполнять команды из-под палки. Любое давление вызывает у хвостатого артиста глухой протест или агрессию. С этими животными можно договориться только лаской, бесконечным терпением и незаметными психологическими манипуляциями.
Именно эти законы звериной психологии Куклачев-старший виртуозно внедрил в собственную семью. Вместо ремня, криков, строгих нотаций и родительского диктата отец предпочитал наблюдать со стороны, мягко подталкивая детей к нужным решениям и оставляя им иллюзию полной свободы выбора.
Ту же тактику кошачьего невмешательства мэтр сохранил и тогда, когда дети повзрослели и обзавелись собственными семьями. По словам Дмитрия, отец ни разу в жизни не позволил себе влезть в чужую спальню и не комментировал его семейные разборки с супругой Мариной. Куклачев-старший сохранял идеальный нейтралитет, позволяя молодым самостоятельно набивать шишки и разбираться в своих конфликтах.